Я бел, любимый мой, я мел,
который морем был,
и рыб, и птиц имел и побелел
я в меловой период… В глубине
есть отпечатки раковин на мне,
моя ладонь - и та
лишь оттиск допотопного листа.
Пролог
Они плыли всю ночь, весь день, и вот уже вторую ночь. Какое-то чувство подсказывало, что берег уже близко. Звезды, ветер и подводные течения не давали сбиться с пути, хотя он еще никогда не оказывался так далеко в открытом море, совсем один. Вернее, их было двое, но не принимать же в расчет этого мальчишку, который большую часть времени находился в беспамятстве. Только бы успеть, только бы он выдержал.
- Ну же, парень, не вздумай умирать! Только не сейчас. У тебя теперь вся жизнь впереди... Слышишь? Она только начинается. Мы уже близко… близко… Ты должен потерпеть еще немного. Я знаю, у тебя все получится, ты сильный… Только не сдавайся…
Он лег на спину, чтобы немного передохнуть, поддерживая голову темноволосого юноши над водой так, чтобы тот не захлебнулся. Он не знал, зачем повторял эти глупые, по его мнению, ничего не значащие сейчас слова. Возможно, чтобы не сдаться самому.
Он не воспринимал холод воды - для него это была нормальная температура, естественная среда. Но он не мог сказать, насколько губительным переохлаждение могло стать для Мальчика-который-пока-еще-был-жив. Время от времени он безуспешно пытался растереть его ледяные руки и ноги, разогнать кровь по этому слабеющему телу.
Если бы только мальчишка не потерял так много сил, если бы он был хотя бы в сознании, тогда они могли бы плыть быстрее…
Им нужна помощь. К счастью, эти воды обитаемы, но как найти того, кто им нужен и попросить о помощи, когда мальчишку нельзя отпускать ни на минуту? Не для того он все годы оберегал этого недотепу, постоянно влипающего в неприятности, чтобы тот повторил судьбу "Титаника" будучи в двух шагах от спасения.
Только сейчас ему пришло в голову, что его проклятье было даром. Видимо, права оказалась эта глупая, лупоглазая стрекоза Трелони, и все в этом мире предрешено, все роли заранее расписаны. Значит, и его судьба была спланирована где-то там, на небесах, еще до его рождения. По чьему-то треклятому замыслу он должен был появиться на этот свет, чтобы бесконечное количество раз спасать этого мальчишку. И он должен был родиться именно ТАКИМ, чтобы однажды спасти его в последний раз.
Глава 1
Легкость и ощущение парения.
Как будто ты перышко, подхваченное потоками воздуха.
Тонкие, почти прозрачные веки не могут спасти от света. Но это не беспощадный свет, слепящий глаза и оставляющий ожоги на коже - нет, это спокойное, ровное сияние, несущее прохладу и отдохновение.
Но где-то на границе сна и реальности затаилась смутная тревога, подобная отголоскам полузабытого кошмарного сна.
Гарри окончательно проснулся и открыл глаза. Вместо знакомого темно-бордового полога он увидел белый потолок и стены. Легкий поворот головой - и в поле зрения оказался ряд кроватей, застеленных все того же раздражающе белого цвета бельем. Все ясно, он в больничном крыле.
- Что, Поттер, пришли в себя?
Гарри вздрогнул, увидев лицо склонившегося над ним профессора Снейпа. Он начал шарить по тумбочке в поисках очков, одновременно лихорадочно пытаясь сообразить, что же случилось. Кажется, ему приснился странный сон.
- Как вы себя чувствуете? Что-нибудь болит?
- Н-нет, сэр.
- Головокружение, слабость?
- Немного.
- Тошнота, другие неприятные ощущения?
- Нет, сэр, ничего.
- Выпейте это.
Гарри осторожно принял из рук мрачного профессора дымящийся кубок. В голове, как назло, ни одной мысли по поводу того, что могло произойти. Снейп не отчитывает и не язвит, стало быть, случилось что-то более серьезное, нежели взорванный на уроке котел. И вообще, на каком таком уроке? Он уже сдал всех Т.Р.И.Т.О.Н.ов!…
Ах, да, какой-то необычный сон…
СОН?!
От неожиданности Поттер подавился. Он закашлялся, расплескивая зелье на постель и собственную пижаму. События предыдущих дней отчетливо всплыли в памяти.
- Поттер, я попросил вас выпить это зелье, а не выстирать им постельное белье, - зло прошипел Снейп, с силой хлопнув молодого человека по спине. Кубок со звоном упал на пол и покатился, оставляя за собой радужную лужицу. Гарри вытер рот рукавом и взглянул на Снейпа:
- Профессор, скажите, что мне это приснилось.
- Жаль вас разочаровывать, но вы действительно победили Вольдеморта.
Некоторое время Гарри переваривал информацию, пытаясь понять, какие чувства он испытывает, но, как ни странно, не было ни торжества, ни бурной радости - только усталость и равнодушие с примесью некоторого облегчения. Очевидно, ему нужно время, чтобы прийти в себя, прежде чем он снова сможет адекватно воспринимать события.
Занятый самоанализом, Гарри не сразу понял, что говорит ему профессор Снейп.
- Думаю, вы будете рады узнать, что толпы репортеров и ваших поклонников осаждают Хогвартс. Это должно поднять ваше настроение. Сейчас вы на пике славы, -Снейп презрительно поморщился, - и я рекомендую вам как следует распорядиться возможностями, которые она вам преподнесет. Со временем, знаете ли, старые герои забываются, им на смену приходят новые. Но если вы поторопитесь с написанием мемуаров, то сможете неплохо подзаработать на этом. Думаю, не ошибусь, предположив, что воспоминания победителя Темного Лорда моментально станут бестселлером.
Пока Снейп говорил, глаза юноши все больше расширялись, наполняясь неподдельным ужасом. Он несколько раз открывал рот, пытаясь что-то сказать и не находя слов. Наконец, из горла вырвался стон:
- О нееет… - Упав на кровать, Гарри сунул голову под подушку.
Упав на кровать, Гарри сунул голову под подушку.
Снейпа позабавила эта реакция. Не удержавшись, он фыркнул.
- Прекратите паясничать, Поттер. И извольте повернуться ко мне лицом, когда я с вами разговариваю.
Гарри нехотя откинул подушку и уселся на краю кровати, мрачно изучая пол под ногами.
- Я уеду.
Снейп хмыкнул.
- И, позвольте узнать, как далеко вы собрались?
- Не знаю. Куда-нибудь. В Америку, в Австралию, на Северный полюс - подальше отсюда.
- Поттер, вы всерьез полагаете, что лучший способ решить свои проблемы - это сбежать от них?
- Не вижу никаких проблем. Сейчас я уеду, а через пару лет обо мне никто и не вспомнит.
- И вы, разумеется, не подумали о том, что таинственное исчезновение привлечет к вам еще больше внимания? Да на ваши поиски тут же кинется половина волшебного мира. Может, я что-то упустил, и вы ищете способ умножить свою без того раздутую популярность?
- Пусть профессор Дамблдор скажет, что я умер.
- Вы идиот, Поттер, - беззлобно произнес Снейп, задумчиво взглянув на гриффиндорца.
- Знаю, вы уже говорили.
- Ну хоть что-то вы вынесли с моих лекций.
Вялая пикировка была прервана следующим вопросом:
- Профессор, как вам это удалось? Там, в море…
- Не ваше дело, Поттер, - резко перебил его Снейп. - Я должен известить профессора Дамблдора о том, что вы пришли в себя. Мадам Помфри сейчас отсутствует в Хогвартсе, и присмотреть за вами некому. Надеюсь, вы будете достаточно благоразумны, чтобы за эти несколько минут не вляпаться в неприятности.
- Приложу к этому максимум усилий, сэр.
Последние слова были адресованы захлопнувшейся за спиной профессора двери.
***
Когда в палате появился Дамблдор, у Гарри возникло ощущение deja vu. Точно так же он лежал в этой палате семь лет назад, когда произошла его первая встреча с Вольдемортом. Теперь та же палата, та же ласковая улыбка директора, присевшего на краешек кровати, только спустя семь лет…
И Вольдеморта больше нет.
Круг замкнулся.
Дамблдор подробно расспрашивал Гарри о случившемся, пока вернувшаяся с Диагон-Аллеи мадам Помфри не заглянула в палату, с укоризной в голосе напомнив директору, что Гарри нуждается в покое.
- Мадам Помфри совершенно права, - Дамблдор мягко улыбнулся, отчего в его глазах мелькнули лукавые искорки, и поднялся с кровати, - ты много пережил за последние дни и сейчас тебе надо отдохнуть.
- Профессор Дамблдор… - Гарри наконец решил задать тревожащий его вопрос. - Вы думаете, Вольдеморт погиб? Он больше не вернется?
- Да, Гарри, не вернется. В этот раз ты победил его окончательно.
Глава 2
Следующие дни стали для Гарри настоящей пыткой. Он чувствовал себя совершенно здоровым и изнывал от скуки, но мадам Помфри отказывалась выписывать его, мотивируя это тем, что Гарри потерял слишком много магической энергии и физических сил. Наконец, через два дня медсестра с неохотой, но все же выпустила Гарри из больничного крыла.
В тот же вечер за ужином Дамблдор объявил о том, что в ближайшую субботу состоится праздничный бал по случаю окончания очередного учебного года и победы над Темным Лордом. К этому дню в школу должны были съехаться все ученики, отправленные по домам сразу после экзаменов из-за критической обстановки в последние дни войны.
Но перед этим Гарри ожидало еще одно испытание: участие в пресс-конференции. Пока он находился в больничной палате, Дамблдору как-то удавалось отбиваться от журналистов и удерживать их от непрошенного вторжения на территорию школы, но было совершенно очевидно, что Гарри не удастся остаться в стороне. Событие подобного масштаба взбаламутило весь магический мир, ходили самые невероятные слухи, и общественность желала знать в мельчайших подробностях, что же произошло на самом деле.
Юноша сидел в пустой гостиной Гриффиндора, погрузившись в размышления. Перспектива встречи с журналистами его угнетала. Хуже всего было то, что одной встречей явно не обойдется. Теперь они начнут караулить его везде в надежде раздобыть эксклюзивную информацию, и, вполне вероятно, история с Ритой Вриттер покажется детской забавой по сравнению с тем, что его ожидает на этот раз.
Гарри мрачно усмехнулся, представив себе выражение лица Снейпа, читающего "Ежедневный Пророк", посвященный Мальчику-который-победил. Хотя более вероятно, что читать он ничего не будет - просто выкинет газету. Кстати о Снейпе. Ему тоже придется присутствовать на пресс-конференции и отвечать на дурацкие вопросы - как-никак, он оказался участником этих событий.
Когда директор сообщил им об этом, профессор был просто в ярости.
- Не имею никакого желания присутствовать на этом цирковом представлении! - взгляд, сопровождавший зловещее шипение, убил бы на месте любого. Кроме Дамблдора.
- Северус, я тебя понимаю, но это необходимо, - директор с самым невозмутимым видом призвал фарфоровый чайничек и налил присутствующим по третьей чашке чая, щедро добавив в каждую пять ложек сахара.
- Не вижу никакой необходимости. Им нужен Поттер, это он их Герой и живое Божество, портрет которого можно повесить на стену и молиться на него! - Снейп украдкой огляделся в поисках подходящей емкости, куда можно было бы незаметно вылить сахарный сироп, выдаваемый директором за чай.
Гарри едва удержался, чтобы не спросить, как это Снейп до сих пор не отравился собственным ядом, но веселые смешинки в глазах директора придали мыслям иное направление: забавно, но сколько бы Снейп сейчас ни брызгал слюной, в результате поступит так, как его "просит" Дамблдор. И он это знает. И Дамблдор это знает. Даже Гарри теперь знает это. Поттер хмыкнул.
- Профессор, я думаю, директор прав. Ваше присутствие необходимо
- Поттер, если вы не заметили, вашего мнения никто не спрашивал.
- Но сэр, вы всегда считали, что мне нравится быть знаменитым. Может и вам понравится? - Гарри взглянул на профессора самым невинным взглядом.
Альбус Дамблдор улыбнулся в бороду.
- Итак, завтра, в час дня. И, Северус, я прошу тебя, будь повежливей с представителями прессы. Еще по чашечке чая?
- Нет, спасибо! - хором выкрикнули волшебники, безупречно исполнив сложную фигуру под названием "синхронное вскакивание с кресел".
*****
Гарри устроился на кресле поудобней, подогнув под себя одну ногу. Было еще кое-что, что его беспокоило. Он до сих пор точно не знал, что же тогда произошло. Сегодня все утро он проторчал в библиотеке и, как ему показалось, нашел кое-что стоящее внимания. Однако Дамблдор наотрез отказался отвечать на вопросы о Снейпе:
- Гарри, ты уже достаточно взрослый и, думаю, можешь меня понять. У каждого человека есть какие-то вещи, которые он хотел бы сохранить в секрете. Вот ты, например, хотел бы скрыть свой шрам. Ремус Люпин не будет рассказывать каждому, что он оборотень. Профессор Снейп тоже имеет право на некоторые тайны.
Да уж, Снейп оказался полон сюрпризов. Юношу несколько насторожил тот факт, что в разговоре всплыл Люпин - должно ли это означать, что тайна Снейпа настолько же серьезна?
От размышлений на эту тему его отвлек шум отодвигающейся двери. Комната тут же наполнилась радостными голосами.
- Привет, Гарри!
- Гарри! Как я рада видеть тебя! С тобой все в порядке? Дамблдор сообщил, что мадам Помфри отпустила тебя, и разрешил нам сегодня приехать.
- Да, мы останемся здесь до выпускного бала.
- Рон! Гермиона! А я уж думал, что не увижу вас до конца недели.
- От нас не так легко избавиться, - ухмыльнулся Рон.
- Да я уж и не надеюсь, - в тон ему ответил Гарри.
Друзья рассмеялись. Рон хлопнул Гарри по плечу и, посерьезнев, спросил:
- Так ты расскажешь нам о том, что произошло?
-Рон, ты такой бестактный! Ты не думаешь, что Гарри…
- Гермиона, все в порядке! - Гарри прервал подругу, уже готовую вывалить на голову Рона кучу упреков. - Конечно, я вам все расскажу. Может, лучше прогуляемся?
Гарри был очень рад, что Рон и Гермиона смогли приехать пораньше. Предстоящая пресс-конференция изрядно его нервировала и выбивала из колеи. Присутствие же друзей действовало успокаивающе, ему многое нужно было рассказать им, а также поделиться своими сомнениями.
Ребята выбрались из мрачного замка и направились к озеру. День был по-летнему жарким. Солнце щедро одаривало все вокруг ультрафиолетом, рассыпаясь по поверхности воды мириадами искрящихся зайчиков, в воздухе стоял дурманящий запах трав. Тишина и спокойствие, окутывающие изумрудные холмы и суровые обрывы древних растрескавшихся скал, наводили на философские размышления о бренности и суетности мира.
Гриффиндорцы прогуливались вокруг озера, наслаждаясь теплом солнечных лучей и обществом друг друга.
- Гарри! - Гермиона не знала, то ли ужасаться, то ли смеяться. - Это же профессор!
- Гарри, ты действительно так ему и сказал?! Ты сказал этому ублюдку "@#$%^&, поднимай свою чертову задницу, пока эти $^&* нас не №;%:?@ на @#$"?! - Рон согнулся по полам от хохота.
- Ну да, там некогда было выбирать слова. И не называй его ублюдком, Рон.
Гарри рассказывал о событиях той ночи, старательно сглаживая и смягчая наиболее страшные моменты. С одной стороны, он не хотел лишний раз пугать друзей, которые и без того волновались за него. С другой - сам не был готов заново пережить весь тот ужас. Воспоминания давались ему тяжело.
- А потом он скинул тебя в море, как котенка, с высоты 10 этажа?! Офигеть! Он не подумал, что ты мог разбиться?! - спохватился Рон, резко обрывая смех. - Как этот мерзавец посмел так поступить!
Гарри нахмурился. Он прекрасно понимал чувства Рона по отношению к Снейпу. До последних событий он и сам придерживался мнения, что Снейп отъявленный ублюдок, родившийся только для того, чтобы отравлять всем жизнь. Однако на этот раз способность друга не замечать очевидного вызвала некоторое раздражение.
- Рон, во-первых, у нас не было другого выхода. Если, конечно, ты не предпочел бы, чтобы я оказался погребенным под грудой камней. Во-вторых, я просил тебя не обзывать Снейпа.
- Ладно, ладно, не буду. Только не пойму, с каких пор твое мнение о нем так изменилось.
- Рон, между прочим, Снейп спас жизнь Гарри! - возмутилась Гермиона.
- Это Гарри спас жизнь Снейпу, а Снейп его чуть не угробил! - Рон изо всех сил пнул странного вида коричневатый камень. Камень недовольно квакнул, полетев в воду.
- Но это не так! Ты просто не можешь взглянуть на ситуацию объективно. Да, у Снейпа отвратительный характер, но это не значит, что он является воплощением вселенского зла и не способен на хорошие поступки…
- Гермиона, о каких поступках ты говоришь? Может, о том случае, когда он отправил меня мыть ночные горшки без помощи магии? Или, может, когда он хотел отдать Сириуса дементорам? А может, когда рассказал всем, что Люпин оборотень?
- Хватит спорить!
Гарри с досадой взглянул на спорщиков, продолжавших молча испепелять друг друга взглядами. Гермиона в этот момент выглядела как настоящая ведьма, а Рон покраснел, отчего стал напоминать гигантскую редиску.
- Если вы сейчас же не прекратите эти глупые споры, я не стану больше ничего рассказывать.
- Ладно, проехали, - буркнул Рон. - Идемте-ка лучше искупаемся.
Накупавшись, ребята устроились на берегу обсыхать на солнышке. Гарри лежал на спине, широко раскинув руки и подставив гибкое мускулистое тело горячим солнечным лучам. Рон, гораздо более бледный, чем его друзья, расположился рядом с вытянувшейся в струнку Гермионой, время от времени как бы невзначай кладя руку ей на талию.
- Знаешь, Гарри, а ведь ты проявил действительно очень сильную магию, - Гермиона, очередной раз стряхнув с себя конечность Рона, перевернулась на живот и, подперев голову руками, взглянула на юношу.
- Я думаю, что если ты постараешься, то сможешь научиться управлять ею. Магия без использования палочки - очень редкое явление, а особенно такой силы… Ты ведь можешь стать не менее могущественным волшебником, чем Дамблдор. А может, даже сильнее его.
- Дамблдор говорил мне то же самое.
- Гарри, мне кажется, что ты не все рассказал. Я, конечно, не настаиваю, просто хочу сказать, что ты всегда можешь нам доверять.
- Ты права. Есть еще кое-что, о чем я хотел поговорить, - Гарри приподнялся на локтях и взглянул на друзей. Гермиона всем своим видом показывала внимание и сосредоточенность. Рон оторвался от созерцания прелестей Гермионы и заинтересованно посмотрел на приятеля. - Это касается Снейпа… Рон, не надо закатывать глаза. Если ты не готов к разговору о нем без перехода на личности…
- Все, Гарри, я серьезен и внимательно слушаю.
- Хорошо. Есть в этой истории одно обстоятельство, которое меня смущает.
Гарри машинально, как всегда в затруднительных ситуациях, потер шрам.
- Что ты имеешь в виду? Ты хочешь сказать, что Вольдеморт опять не до конца уничтожен? - встревожилась Гермиона.
- Нет. По крайней мере, Дамблдор в этом не сомневается.
- Так что тогда? - округлил глаза Рон.
- Мне кажется, со Снейпом что-то не в порядке…
- Брось, Гарри, с ним всегда что-нибудь не в порядке!
- Подожди, Рон, дослушай, - Гарри уселся, подогнув ноги по-турецки и напряженно сцепив руки. - Замок, в котором я оказался, находился где-то в Северном море. Когда все закончилось, мы оказались в открытом море. Палочек у нас не было, и аппарировать мы не могли. Всем известно, что мы плыли почти двое суток. Однако только несколько человек знают, что преодолеть это расстояние за такой срок невозможно. Я сам случайно подслушал разговор Дамблдора и мадам Помфри… Так вот, Снейп практически всю дорогу волок меня на себе и при этом плыл с огромной скоростью. Один раз, когда я был в сознании и мог держаться на воде сам, он нырнул и находился под водой очень долго, минут десять. Не представляете, как я перепугался, думая, что он утонул!
- Десять минут?! Гарри, может, у него были жабросли?
- Он мне тоже так сказал, - Гарри нахмурился. - Но я уверен, что он солгал. Не думаю, что он всегда таскает жабросли с собой, на случай, если вдруг захочет прогуляться по морскому дну. К тому же я наверняка заметил бы их действие.
- Гарри, это, конечно, странно, но в принципе, объяснимо. Особенно если учесть, что ты часто терял сознание. Ты был очень слаб и, возможно, воспринимал действительность в искаженном свете. Было еще что-то?
- Вас не удивляет, что после всего, что произошло, он смог плыть почти двое суток, да еще тащил меня на себе? Он прекрасно ориентировался в открытом море… Я специально поискал в библиотеке карту и прикинул, где находился замок. Это невозможно! Ни один нормальный человек не проплыл бы такое расстояние за полтора дня, без еды и питья, да еще с бесчувственной ношей! Не говоря о том, что ему пришлось перенести перед этим… все эти пытки...
Гермиона попыталась что-то возразить, но Гарри, остановив ее жестом, продолжил:
- А ночью… Я могу поклясться, что ночью я видел русалку. Я потерял сознание, а когда пришел в себя, Снейп с ней о чем-то разговаривал. Она переливалась в свете луны, как расплавленное серебро. Я не знаю, о чем они говорили - язык был незнакомый… Я никогда не слышал ничего подобного! Кроме того, вскоре я опять потерял сознание. Когда мы добрались до залива Ферт-оф-Форт, там нас уже ждали Дамблдор, Хмури и еще несколько человек. Готов поспорить, что это русалка предупредила их!
- Но это невозможно! В истории известны лишь единичные случаи, когда русалки кому-то помогали! Даже во время войны с Вольдемортом они не приняли ни одну из сторон. - Гермиона выглядела взволнованной.
- Но это так, - Гарри, нахмурившись, смотрел прямо перед собой, о чем-то размышляя. - Может, это результат каких-нибудь экспериментов с зельями?
- Не знаю, - на лице Гермионы уже появилось знакомое выражение "кажется, мне нужно в библиотеку", - но я с тобой согласна, это все очень странно. В любом случае это надо проверить. Ладно, мальчики, сейчас пора идти на обед, а потом я поищу какую-нибудь информацию… Да, не ухмыляйся Гарри, именно в библиотеке.
Глава 3
Снейп всецело завладел мыслями Поттера. Несмотря на то, что Гарри поделился с друзьями своими сомнениями, оставалось кое-что, о чем он умолчал. Он пытался как-то осмыслить события последних дней, объяснить себе поступки Снейпа.
Снейп его спас. Зачем? После гибели Вольдеморта он вполне мог позволить столь трепетно ненавидимому Золотому Мальчику последовать в мир иной. Но насколько Гарри понял из подслушанных обрывков разговоров, Мастер Зелий чуть не угробил себя, пытаясь сохранить Гарри жизнь. Только узнав, что Гарри в безопасности, и от самого Снейпа ничего больше не зависит, он потерял сознание и очнулся всего несколькими часами раньше Гарри.
Что же, похоже, у него только один способ получить ответы на вопросы. И пока Рон и Гермиона наслаждаются обществом друг друга в одной из пустующих гриффиндорских спален, он займется своим расследованием.
*****
Северус Снейп отбросил в сторону журнал, когда понял, что уже полчаса перечитывает один и тот же абзац, не понимая ни слова. Откинувшись в кресле, он закрыл глаза и сосредоточился на том, что его беспокоило.
Поттер. Опять чертов Поттер. Его поступки не вписывались в выстроенную профессором схему. Мальчишка отказался покинуть замок без него, перестал обвинять его во всех смертных грехах. А теперь еще эти вопросы.
Нет, никто не должен ничего узнать.
Стивен Снейп, суровый мужчина, лет 65-70, очень любил своего внука, хотя и старался быть сдержанным в проявлении чувств. Он взял Северуса на воспитание после гибели остальных его родственников, когда мальчику было восемь лет, и даже дал свою фамилию. В те редкие вечера, когда мистер Снейп-старший был в особенно хорошем расположении духа, они садились у камина, и Северус слушал рассказы об истории любви Стивена Снейпа к его бабушке.
Однажды Северус спросил:
- Если вы любили друг друга, то почему расстались?
Дед улыбнулся и потрепал мальчишку по голове.
- Не думаю, что сейчас ты сможешь это понять.
- Я не глуп, - обиделся Северус. - Так почему?
Вздохнув, суровый старик снова уставился в камин взглядом, как будто пребывал где-то в ином мире, видел картины, недоступные взору мальчика.
- Видишь ли, ваш народ - особый, сильно отличающийся от людей, - произнес он через некоторое время.
- Но почему? Я такой же, как и ты. Смотри, у меня тоже есть голова, руки, ноги, я могу ходить и говорить, как и ты.
- Да, но я не могу долго находиться под водой и тем более там жить. Я и плаваю-то кое-как.
- Бабушка бросила тебя из-за этого?
- Не только. Видишь ли… - Стивен Снейп сделал паузу, пытаясь подобрать нужные слова, - …у вашего народа иные отношения между собой, чем у людей. Люди часто влюбляются, и тогда влюбленные хотят постоянно быть рядом, часто видеть друг друга. Поэтому они женятся. Ваш народ не способен на длительные сердечные привязанности. Сначала твоей бабушке было интересно со мной. Думаю, я ее забавлял. Но потом ей надоело, что я хотел видеть ее чаще и настаивал на встречах, наскучила моя ревность. Тогда она нашла себе избранника из вашего народа - того, кто ее больше устраивал.
- Что значит ревность? Что это такое?
Дед усмехнулся
- Я объясню тебе это в следующий раз. А сейчас - спать.
*****
В последние дни Снейп себя как-то странно чувствовал… Мог ли ошибиться дед, говоря о том, что его народ обладал холодными сердцами? Профессор тут же отругал себя за такие глупые мысли. Во-первых, ему прекрасно было известно об исключениях и их последствиях - этого нельзя было допустить. Во-вторых, чтобы он, Северус Снейп, холодный, циничный ублюдок и вдруг… Нет, нет, определенно, это невозможно.
Стук в дверь прервал размышления Мастера Зелий.
Недовольный тем, что его потревожили, он подошел к двери.
- Поттер? Позвольте узнать, почему в такое время вы находитесь вне вашей спальни?
- Думаю, ответ на этот вопрос больше не имеет значения. Все равно вы не сможете снять с меня за это баллы, - нахальная ухмылка мелькнула и тут же исчезла. В зеленых глазах появилось так хорошо знакомое профессору серьезное выражение, означавшее, что Поттер что-то задумал и не успокоится, пока не получит желаемого. В достижении же заветной цели, насколько мог припомнить декан Слизерина, он действовал как танк, ни перед чем не останавливаясь.
- Мне можно пройти или будем разговаривать в дверях?
Снейп послал юноше испепеляющий взгляд, но ничего не ответил, просто немного посторонился.
- Итак, что вы хотели от меня?
Снейп снова расположился в кресле. Так и не дождавшись приглашения присесть, Гарри вытащил из-за стола стул и, подтащив его поближе к мастеру зелий, уселся.
- Видите ли, профессор, есть некоторые вопросы, на которые я хотел бы получить ответы.
- Почему вы не зададите их профессору Дамблдору? Я уверен, он с радостью удовлетворит ваше любопытство.
- Я уже спрашивал.
Шустрый мальчишка. Впрочем, стоит ли удивляться….
- Не думаю, что смогу ответить на вопросы, ответов на которые не знает сам директор.
- Я не говорил, что профессор Дамблдор не знает ответов. Но так как информация, которая меня интересует, касается вас лично, он отказался отвечать. Он сказал, что вы сами все расскажете мне, если посчитаете нужным.
- И что заставило вас думать, что я посчитаю нужным ответить?
Гарри внимательно взглянул Снейпа. После победы над Вольдемортом он не изменился в лучшую сторону, как можно было бы ожидать. Днем Гарри замечал, что в его темных глазах появилось больше жизни. Но сейчас, в тусклом свете свечей, его лицо казалось бесконечно уставшим. Тени подчеркивали заострившиеся скулы, нос казался еще более длинным и тонким, а под глазами и в уголках губ залегли глубокие скорбные морщинки.
- Да ничего, - юноша пожал плечами. - Я просто решил, что можно попытаться. Вы же знаете, рано или поздно я все равно все узнаю.
- Не разделяю вашего оптимизма, мистер Поттер. Но раз уж вы здесь, то попытайтесь.
- Профессор, я знаю, что вы чуть не погибли, спасая меня. Зачем вы это делали?
Снейп некоторое время молчал, пристально рассматривая собеседника.
- Мистер Поттер, ваша эгоцентричность поистине вызывает изумление. Вы считаете, что все вокруг делается исключительно ради вашего блага. Не хочу ранить вашу чувствительную натуру, но я спасал вашу шкуру в собственных интересах. Вы - свидетельство моей невиновности. Если бы вы погибли, сам Дамблдор не смог бы доказать, что я не приложил руку к вашей смерти, с моим-то прошлым, - Снейп с внутренним удовлетворением заметил, как сжались губы юноши, а глаза потемнели от гнева. Да, это явно не тот ответ, на который рассчитывал Золотой Мальчик. - Мертвых героев у нас любят куда больше, чем живых. Авроры рыли бы землю носом, чтобы найти всех людей, причастных к вашей гибели. Так что, спасая вас, я, прежде всего, заботился о собственной безопасности. Еще вопросы?
- Когда вы нырнули, то очень долго находились под водой.
- Я никогда не обольщался на счет интеллектуальных способностей гриффиндорцев, но вы побиваете все рекорды. Я уже объяснял, что воспользовался жаброслями.
- Но они действуют час, а я не заметил, чтобы у вас были жабры.
- Тогда вы были в таком состоянии, Поттер, что вообще ничего не замечали.
Гарри о чем-то напряженно размышлял, пристально рассматривая свои руки.
- Если это все, что вы хотели знать, мистер Поттер, то….
- Нет, это не все.
Снейп вопросительно приподнял бровь.
- Объясните, как вам это удалось.
- Если вы хотите, чтобы я ответил на ваш вопрос, то извольте сформулировать его более внятно.
Определенно, Снейп над ним издевается.
- Я знаю, что вы преодолели расстояние, которое обычный человек не сможет проплыть за такой срок, и это притом, что вы были вынуждены тащить еще и меня...
- Поттер, если некоторые люди не умеют плавать - это их проблемы. Я, к счастью, плаваю хорошо.
- Но такое расстояние…
- Поттер, - в голосе профессора почувствовалось явное раздражение, - откуда вы взяли информацию о расстоянии? Я вас уверяю, что расстояние было вполне приемлемым.
- Но я вычислил примерное расположение замка…
- И каким же образом, позвольте узнать?
- Ну, я просмотрел книги в библиотеке…
Ехидный взгляд Снейпа сбивал с толку.
- Вы нашли дорогу в библиотеку сами, Поттер, без помощи вашей подруги Гренджер?
- Я прекрасно знаю дорогу в библиотеку, - сердито буркнул Гарри. - Я нашел описание одного замка, часто упоминавшегося в легендах, и описание точно соответствует тому месту, где мы находились.
- У вас хорошее воображение. Не думаю, что у вас была возможность достаточно изучить замок, чтобы проводить такие параллели.
- Но я абсолютно уверен!
- Вы были уверены, что ваш крестный находился в руках Темного Лорда, когда бросились спасать его в Отделе Тайн.
Это был удар ниже пояса. Гарри вскочил, сжав кулаки и тяжело дыша.
- Не смейте!
- Что, Поттер, - продолжал издеваться Снейп, - хотите меня ударить? Пожалуйста, я не буду мешать вам осуществлять задуманное. Вы же Герой, наш Золотой Мальчик, вам простят все.
- Замолчите!
Снейп стремительно поднялся с кресла, вплотную приблизившись к Гарри, так что его лицо оказалось в каком-то дюйме от лица юноши.
- Не смейте приказывать мне, Поттер! - угрожающе прошипел он. - И позвольте напомнить, что вы все еще находитесь в моих комнатах.
От неожиданности Гарри отступил назад.
Проклятье! Он попался на подначки Снейпа и все испортил. Теперь ни на какие ответы нельзя и рассчитывать.
Злость и досада захлестнули гриффиндорца, отдаваясь звоном в ушах, кровь бросилась в лицо. Резко развернувшись так, что чуть не задел локтем Снейпа, он бросился вон, изо всех сил хлопнув дверью.
Глава 4
На следующее утро Гарри проснулся в отвратительном настроении. Предстоящая пресс-конференция его очень беспокоила. Необходимость выворачивать душу наизнанку перед чужими людьми, вспоминать то, что он с радостью забыл бы. Он сам себе напоминал лягушку, которую собираются препарировать. Но все же через это нужно было пройти.
Стоя под душем, Гарри вспомнил разговор с друзьями накануне вечером.
***
- В магическом мире такая шумиха поднялась, когда узнали о гибели Вольдеморта! Уже почти неделю никто не работает! Ну, разве что только трактиры - они, наверное, озолотились!
- Это при том, что ты два дня провалялся без сознания, и никто не знал, выживешь ли ты, - с горечью в голосе добавила Гермиона. - "Ежедневный Пророк" каждые два часа печатал бюллетени о состоянии твоего здоровья.
- Думаю, моя смерть не сильно повлияла бы на общее веселье, - усмехнулся Поттер.
- Гарри, это не смешно. Дамблдор позволил нам приехать к тебе. Это было… страшно. Не представляешь, как мы переживали! А на вокзале нас взяли в оборот журналисты. Я думала, мы не вырвемся из их цепких лап. Если бы не мистер Уизли, который встретил нас на машине.
- Рон, твой отец снова обзавелся железной питомицей?
- Ага, - губы Рона непроизвольно расползлись в улыбке при воспоминании о случае на втором курсе. - Ему выделило министерство, как близкому другу Национального Героя. Если бы ты знал, отцу не дают прохода на работе - он же лично знаком с тобой. Ему пришлось взять отпуск и забаррикадироваться с нами дома. Хорошо еще, что газетчики не разнюхали про Орден Феникса - Шизоглаз бы поубивал всех журналюг на подступах к своему дому, как потенциальных врагов.
- Это точно. А вот сестры Патил и Чо Чэнг купаются в лучах славы - раздают интервью направо и налево.
- Ага, приятель, уже все в курсе подробностей твоего романа с Чо, в частности, как ты рыдал, бился головой о стену и грозился спрыгнуть с Астрономической башни, когда она бросила тебя.
- Хорошая мысль, пойти, что ли, действительно спрыгнуть.
- Это еще не все, - добавила Гермиона. - В мелких бульварных газетенках пользуются успехом интервью со слизеринцами - эти жалкие, отвратительные статейки преподносят как "альтернативный взгляд на характер и поступки национального героя".
- Да, Гарри, мы как-то видели Люпина, так даже ему сейчас житья нет. Журналисты преследуют его всюду. Кто-то проболтался, что он был твоим любимым учителем, и что именно он научил тебя вызывать Патронуса.
- Ну, тут есть и положительные моменты, - глаза Гермионы загорелись энтузиазмом. - Под нажимом прессы в министерстве наконец-таки задумались о снятии ограничений на работу для оборотней и об инвестициях в алхимическую отрасль для усовершенствования ликантропного зелья.
- Все равно жаль, что сейчас ты не можешь поехать к нам в гости. Родители были бы рады видеть тебя. Но эти репортеры - они просто везде! От них невозможно избавиться. Они умудряются проникать через все защитные барьеры! Одного пару дней назад мама обнаружила в чулане. Думаю, что после встречи с ней у него навсегда отпадет желание вообще заниматься журналистской деятельностью.
- Представляю себе! Я бы скорее согласился встретиться с тремя разъяренными горными троллями, чем попасть под горячую руку твоей мамы.
- Может, когда эта шумиха уляжется…
- Что-то я сомневаюсь, что это скоро произойдет, - Гарри нахмурился. - Подозреваю, что только из-за этого Дамблдор позволил мне пока пожить в Хогвартсе. Если бы репортеры начали осаждать дом Дарсли, где вокруг одни магглы - это была бы катастрофа!
- Да уж. Отдел магического правопорядка переселился бы на вашу улицу в полном составе, чтобы успевать вовремя модифицировать память вашим соседям и случайно забредшим магглам.
- А пока что репортеры пытаются выведать информацию окольными путями. Они уже раскопали наши с Роном биографии. А так как последнюю неделю я гостила у него, нас задолбали вопросами, собираемся ли мы пожениться или предпочитаем свободные отношения.
- Ну и как? Собираетесь вы пожениться или…
- Гарри! - Гермиона возмущенно посмотрела на хохочущего юношу. - Об этом еще рано говорить. Сначала нужно закончить учебу! Я подала документы в Межмагический университет, а вас ожидает Академия Авроров.
- Вот, видишь?! Готов поспорить, что после своего Университета она опять найдет отговорку! Потом ей надо будет искать работу, потом делать карьеру, потом еще что-нибудь. Гарри, ну хоть ты скажи ей!
- Терпение, Рон, терпение. Если подойти к вопросу с правильной стороны, то… - Гарри многозначительно подмигнул Рону и тут же схлопотал подзатыльник от Гермионы - Ой! Герм, что ты делаешь! Рон, разбирайся сам с этой ведьмой! Ай-яй! Герм, я пошутил! Ты не ведьма, а так себе… Ё-ой! Герм, тебе не угодишь! Для тебя совсем нет авторитетов! Рон, придержи свою невесту, пока она не угрохала национального героя!
***
Последний раз тяжело вздохнув, Гарри вытерся пушистым полотенцем и вышел из душа.
*****
За завтраком Гарри казалось, что в воздухе висит почти осязаемое напряжение. Хотя возможно, это было всего лишь его разыгравшееся воображение. Юноша бесцельно гонял по тарелке кусок яичницы с беконом, пока она не вывалилась-таки на скатерть. Взглянув исподлобья на учительский стол, Гарри заметил, что профессор Снейп, весьма и весьма мрачный, занимается тем же самым. Зато Альбус Дамблдор выглядел вполне довольным жизнью. Наклонившись к Снейпу, он что-то сказал, довольно улыбаясь. Декан Слизерина, вероятно, ответил что-то едкое, потому что Дамблдор глупо хихикнул, а Минерва МакГонагалл, сидевшая рядом со Снейпом с другой стороны, поморщилась и неодобрительно покачала головой. Затем Мастер зелий резко поднялся, едва не уронив стул, и стремительно направился к выходу из зала. Придя к выводу, что не сможет съесть ни кусочка, Гарри тоже встал из-за стола.
Вскоре в Хогвартс начали прибывать журналисты. В Большом Зале, где должна была состояться пресс-конференция, был оставлен один стол, за которым обычно сидели преподаватели. Остальные были вынесены, а на освободившемся пространстве расставлены стулья. Ровно в 10 часов двери зала открылись, и внутрь хлынула толпа журналистов, с любопытством озиравшихся по сторонам, любовавшихся на зачарованный потолок, но не забывавших между тем отпихивать друг друга локтями в стремлении занять места поближе и получше. Представителей прессы оказалось так много, что они заняли почти весь зал.
Альбус Дамблдор, Гарри Поттер и Северус Снейп уже находились на своих местах, за преподавательским столом.
Когда гости разместились и шум стих, директор поднялся со своего кресла:
- Леди и джентльмены! Мы рады приветствовать вас в школе колдовства и ведьминских искусств Хогвартсе. Мне хотелось бы поздравить всех здесь присутствующих с праздником, который отмечает весь мир - победой над Вольдемортом. Собственно, это и является тем поводом, благодаря которому мы все сегодня здесь собрались. Впрочем, хватит слов. Я вижу, вы в нетерпении. Итак, мистер Поттер и мистер Снейп готовы ответить на все ваши вопросы. Хотелось бы также выразить надежду, что вопросы будут корректными, а полученная информация найдет объективное и правдивое отражение в ваших статьях. Мы можем начинать.
Дамблдор сел на место и тут же на Гарри обрушился шквал вопросов.
- Мистер Поттер, расскажите, как вам удалось победить Того-кого-нельзя-называть?
- Что вы почувствовали, когда увидели его?
- Какое заклинание вы применили?
- Он использовал по отношению к вам непрощаемые проклятия?
Гарри старался отвечать спокойно, но с каждой минутой это становилось все сложнее. Руки он спрятал под стол, чтобы никто не заметил, как предательски дрожат пальцы. Он видел эти лица, на которых было написано неподдельное радостное любопытство - лица людей, жаждущих услышать увлекательную историю со счастливым концом. Какое им дело до того, что он действительно пережил? Разве они могут почувствовать эту разрывающую на части боль? Разве можно передать словами то чувство отчаяния и безысходности, которое охватывает, когда ты понимаешь, что не сможешь ничего сделать, что ты подвел всех, кто на тебя надеялся. И вспышка безумного желания жить в тот момент, когда воздух электризуется от сорвавшегося с губ смертельного проклятия…
***
Он снова видел перед собой безликие черные маски. Палочку у него отобрали сразу
- Вот мы и встретились снова. - Вкрадчивый шепот подобен шороху опавшей листвы.
Сколько прошло времени - пять минут? Час? Вечность? Все тело - как оголенный нерв, по которому прошлись раскаленным утюгом. Горло саднит от криков. Кажется, что боль, заполнившая до предела каждую клеточку, вытеснила сознание, и теперь он видит происходящее как сторонний наблюдатель. Страха уже не было, только безумная усталость и мысль: "Все напрасно… все бессмысленно…".
- Ты чувствуешь дыхание смерти? Она уже рядом, уже распахнула свои объятья и готова принять тебя. Но на прощание я позволю тебе насладиться незабываемым зрелищем. Введите его.
В следующий миг двое Упивающихся грубо вытолкнули вперед мужчину, так, что он упал, но тут же поднялся. Профиль показался до неприличия дерзким, несмотря на синяки и кровоподтеки, превратившие лицо в кровавую массу. Гарри тихо ахнул, узнав мужчину.
- Не хочешь опуститься на колени перед своим лордом? Ах, да… ты же у нас гордый, Северус. Посмотрим, спасет ли это тебя от долгой и мучительной смерти. Crucio.
Человек забился в судорогах, сдерживая крики.
- Прекратите!
На змеином лице появилось насмешливо-удивленное выражение.
- Гарри, мальчик мой, я тебя не понимаю. Этот человек столько лет издевался над тобой, неужели ты не хочешь, чтобы он был примерно наказан?
- Прекратите, он вам не нужен. Вам нужен я. Отпустите его.
Темный Лорд расхохотался. Отрывистый, каркающий хрип раскатился гулким эхом под каменными сводами, к нему присоединился смех остальных Упивающихся.
- Ты ошибаешься, Гарри, - вкрадчивый шепот причинял почти физическую боль. - Неужели ты думаешь, что я так просто отпущу предателя? Нет, он умрет. Вы оба умрете. Crucio!
Почему зрелище извивающегося на каменном полу чужого тела вызывает гораздо большую внутреннюю боль, чем если бы это был ты? Каким образом твоя боль становится болью твоего врага, тем самым превращая его в друга?
Ярость, страх и осознание собственной беспомощности захлестнули Гарри.
- Хватит!
Взгляд маленьких красных глаз встретился с взглядом потемневших зеленых. Шрам вспыхнул острой болью. Гарри почувствовал вторжение чужого разума, побуждающего подчиниться, отдаться на волю холодным, черным волнам забвения и равнодушия.
"Нет! Не смей!"
Юноша и сам не знал, к чему относились эти слова. Он не знал даже, выкрикнул ли их вслух или только подумал, но темная холодная пелена стала отступать. В следующий миг он почувствовал свою кровь, закипающую в чужом теле. Он вспомнил своих родителей, друзей и многих других людей, которые его любили. Сколько можно напрасных жертв? И он отпустил свои чувства, позволив выплеснуться всей нерастраченной любви к этим людям, и всей той боли, которую причинила их смерть. Зачем и кому это нужно, если все могло быть по-другому?
Вольдеморт закричал. Нечто чужеродное наполняло его всего без остатка, то, с чем он не мог справиться. Яркий свет на несколько мгновений осветил мрак холодной каменной залы старинного замка. Воздух зазвенел, наполненный древней магией и по стенам побежали трещины. Затем - ослепительная вспышка, взорвавшая снопом искр телесную оболочку Темного Лорда. И чей-то вопль:
- Проклятье! Сейчас здесь все рухнет! Бежим!
Гарри упал на колени рядом со Снейпом.
- Профессор, как вы? Вы можете встать? Нам нужно уходить.
Снейп с трудом приподнялся, оглядывая помещение.
- Мы не успеем. Магия слишком сильная… черная и белая… они вступили в противоречие друг с другом и вызвали резонанс магических полей, сейчас все будет разрушено… Поттер, вы можете спастись. Замок находится на утесе… - Снейп закашлялся, на губах выступила кровь. - Эта сторона выходит на море. Выбирайтесь на балкон и прыгайте в воду…
- Я не оставлю вас, вставайте.
- Поттер, - сорванные связки не позволяли крикнуть, - ваше гриффиндорское благородство неуместно! Делайте, как я вам сказал! СЕЙЧАС ЖЕ!
- Я не уйду без тебя, упрямый ублюдок! - в отчаянии выкрикнул Поттер, хватая профессора за шкирку и рывком ставя на ноги. - Поднимай свою чертову задницу…
Злость и командный тон наглого мальчишки привели Снейпа в чувство.
- Да как вы смеете, Поттер! - прошипел он, пытаясь освободить руку. Однако Поттер вцепился в нее намертво и теперь почти волок злобного преподавателя к выходу на балкон, опоясывающий стену замка.
Дверь оказалась наглухо закрыта.
Что случилось дальше, Северус Снейп мог только предполагать. Такого он еще никогда не видел. Юноша вытянул руку в сторону двери, и она разлетелась брызгами камня и стекла. Одновременно тысячами хрустальных осколков осыпались все окна залы.
Они выскочили на балкон. Далеко внизу темная вода яростно плескалась у подножия утеса.
- Прыгай, Поттер!
- Но я… я не могу…
Балкон тряхнуло. Гул, нараставший откуда-то из недр замка, слышался все явственней.
- Прыгай!
Собрав остатки сил, Снейп столкнул Гарри вниз. Через несколько секунд он сам ласточкой летел в темную бездну.
Последнее, что помнил Гарри, это чья-то рука, удерживавшая его на поверхности воды так, чтобы он не захлебнулся. И голос. Слов он уже не мог разобрать.
***
Гарри обвел зал взглядом. На вытянутых лицах, обращенных в его сторону, читались удивление, легкий ужас, на некоторых - недоверие и скепсис, и у всех без исключения любопытство и интерес. Его затрясло. Захотелось встать и выскочить из помещения, но в следующий миг он почувствовал, как кто-то довольно сильно наступил ему на ногу. Гарри вскинул голову и перехватил странный взгляд Снейпа. Профессор чуть наклонился к нему и тихо, почти не размыкая губ, прошипел:
- Не делай глупостей, Поттер.
После минутного оцепенения зал загудел. Вопросы сыпались один за другим, не давая возможности перевести дыхание. Самопишущие перья усиленно строчили что-то на пергаментах.
- Мистер Поттер, скажите пожалуйста, что вы почувствовали, когда убили Того-Кого-Нельзя-Называть?
- Ничего. В тот момент мои мысли были заняты тем, как бы поскорее убраться из того места, где начинают рушиться стены.
- Но ведь Тот-Кого-Нельзя-Называть убил ваших родителей и хотел убить вас. Неужели вы не чувствовали ненависти к нему или торжества, что наконец-то отомстили?
- Ненависть? Нет. Вернее, я испытывал это чувство раньше, но в тот момент я не думал об этом. Понимаете, после Круциатуса трудно о чем-то думать, кроме того, что боль ушла. Я очень устал, и мне хотелось только одного - чтобы меня оставили в покое. А когда я увидел, как Вольдеморт применил непростительное заклятье к профессору Снейпу, я вспомнил всех людей, которые были дороги мне, и которых Вольдеморт убил… - Голос внезапно охрип. Гарри откашлялся и продолжил: - тогда я думал о том, что не хочу, чтобы еще кто-то погиб из-за меня.
Бородатый маг с хищным носом и самодовольным выражением лица спросил:
- Скажите, как вам удалось победить Того-Кого-Нельзя-Называть? Это было какое-то заклинание? Кто вас научил этому?
- Я не знаю, как мне это удалось. Я не использовал никаких заклинаний. У меня отобрали волшебную палочку. Как объяснил профессор Дамблдор, мне удалось проникнуть в разум Вольдеморта. А так как я обладал чуждой ему силой, я имею в виду защиту, которую моя мама дала мне - свою любовь - и, кроме того, в жилах Вольдеморта текла и моя кровь… Я думаю, он просто не выдержал, когда все эти чуждые ему компоненты соединились, поэтому и погиб. Пусть лучше профессор Дамблдор объяснит это.
- Когда Тот-Кого-Нельзя-Называть заманил вас в ловушку, там же оказался и профессор Снейп, бывший Упивающийся смертью. Вы не думаете, что он мог быть причастным к вашему похищению? - Вопрос задал белобрысый маг с водянистыми глазами и неприятной ухмылкой
Гарри мельком взглянул на все более мрачнеющего профессора.
- Нет, он не имеет к этому никакого отношения.
- Почему вы в этом так уверенны?
- Профессор Снейп был на нашей стороне, он передавал сведения о замыслах Вольдеморта, и когда его разоблачили, чуть не погиб. Я ему верю.
- Мы слышали, что вы два дня плыли через море. Как вам это удалось?
- Спросите у профессора Снейпа, я все это время находился в отключке.
Гарри ужасно раздражал ажиотаж вокруг него и еще больше злил тот факт, что все вопросы адресовались ему. Что ж, у Снейпа появится очередной повод для придирок.
- Это правда, что во время учебы профессор Снейпом постоянно третировал вас? - поинтересовалась пожилая дама.
- Ээ… - Гарри кинул неуверенный взгляд на Снейпа, с каменным видом смотревшего прямо перед собой. - Наши взаимоотношения были достаточно сложными… Но сейчас я думаю, что все, что он делал, было направлено на то, чтобы укрепить мою волю и подготовить к противостоянию с Вольдемортом.
Гарри снова искоса взглянул на профессора. Тот только удивленно дернул бровью, после чего выражение его лица снова стало непроницаемым.
- Как вы отнеслись к тому, что вам пришлось спасать человека, которого вы ненавидели? - Снова влез белобрысый.
Гарри разозлился. Возможно, он действительно ненавидел Снейпа, но, черт возьми, какое они имеют право так говорить о человеке, который спас его, который столько сделал для Ордена, не получив никакой благодарности, в конце концов, о человеке, которого они абсолютно не знали!
- Во-первых, - в голосе Спасителя Мира зазвучал металл, - насколько я помню, я не употреблял слово "ненависть" по отношению к профессору Снейпу, правильней было бы говорить о сложных взаимоотношениях и недопонимании. Во-вторых, хотелось бы напомнить, что если бы не профессор Снейп, вы бы сейчас не беседовали здесь со мной. Думаю, будет естественно, если профессор тоже прояснит некоторые интересующие вас вопросы.
По залу пробежался шумок. Гарри избегал смотреть на Снейпа. Дамблдор успокаивающе похлопал его по руке и слегка кивнул, пряча в бороде улыбку.
Быстрее остальных сориентировался все тот же белобрысый журналист:
- Профессор Снейп, что вы почувствовали, когда узнали, что ваш хозяин мертв?
- Учитывая тот факт, что у меня не было хозяина, я ничего не почувствовал.
- Но как же, вы ведь служили Темному Лорду!
- Ах, вот вы о ком. Это было много лет назад и с тех пор, смею надеяться, я неоднократно доказал свою приверженность светлым силам. Что касается смерти Вольдеморта, тут я совершенно согласен с мистером Поттером, - Снейп метнул мрачный взгляд в сторону Гарри, - в тот момент я думал только о том, как унести свою задницу подальше от груды камней, готовых обрушиться мне на голову.
Гарри ухмыльнулся, глядя в штормовые глаза Мастера Зелий.
- Поттер, я придушу вас собственными руками, - прошипел Снейп, склонившись к нему.
Между тем слово взяла молодящаяся ведьма, на лице которой лежало по меньшей мере два килограмма косметики. В ее глазах, густо обведенных черным карандашом, ясно читалось восхищение:
- Профессор Снейп, вы были шпионом светлых сил. Как вам удавалось в течение нескольких лет обманывать Того-Кого-Нельзя-Называть?
- Полагаю, я неплохой актер.
- Вы рисковали своей жизнью. Вам не было страшно?
- Я не мог позволить себя бояться, Вольдеморт сразу почувствовал бы это. Я просто думал о том, что мне нужно это сделать.
Вопросы посыпались на Снейпа как из рога изобилия. Больше всего журналистов интересовали подробности его шпионской деятельности и детали жизни самого страшного мага столетия.
- Вы смогли бы неплохо подзаработать на биографии Вольдеморта, - улучив момент, шепнул Гарри Снейпу, и, получив в ответ уничижительный взгляд, решил, что это была неплохая месть за "воспоминания победителя Темного Лорда".
Поттер вдруг обнаружил, что поддразнивание злобного слизеринского монстра может быть достаточно увлекательным занятием. Пару раз он тихонько комментировал ответы Снейпа, пользуясь тем, что тот не мог убить его при свидетелях.
Заметив, каким воодушевлением загорались глаза ведьмочек, некоторые из которых откровенно улыбались Мастеру Зелий, Гарри ехидно заметил:
- Похоже, профессор, женщины считают вас эдаким романтическим героем. Готов поспорить, завтра вы получите десятка полтора писем с признанием в любви.
Прочитав в глазах Снейпа очередное обещание заавадить его при первой же возможности, юноша мило улыбнулся. Однако в следующий миг улыбка сползла с его лица. Молодой смазливый репортер сопроводил вопрос о личной жизни Снейпа таким томным взглядом, что у Поттера появилось желание потренироваться на нем в заклятии Crusio. Настроение упало. "Подумаешь, - размышлял Поттер, - мне без разницы". На недоверчивое "Ой ли?" внутреннего голоса он решил не реагировать, тем более, что следующий вопрос был адресован ему.
Гриффиндорец кожей чувствовал издевательский взгляд Снейпа, когда объяснял репортерам, в каких отношениях он состоял с Чо Чэнг, сестрами Патил и Колином Криви, отрицал слухи о своих суицидальных попытках, тайной любви к Малфою и пристрастии к групповым занятиям сексом. Вот тут Гарри здорово пожалел, что решил подергать тигра за хвост. Снейп воспользовался его тактикой, с той разницей, что его комментарии были куда более едкими.
Глава 5
Когда Гарри, наконец, вышел из зала, он чувствовал себя выжатым, как лимон. Пресс-конференция длилась более трех часов и истощила его морально и физически. Больше всего сейчас он хотел оказаться в родной гриффиндорской гостиной, где можно будет отдохнуть от назойливого внимания чужих любопытных глаз и…
- Поттер, вы идиот! - Гарри не успел опомниться, как оказался прижат к холодной каменной стене коридора цепкими профессорскими руками. - Какого тролля вам понадобилось устраивать этот балаган?! - Снейп навис над ним, пытаясь придать себе самый устрашающий вид. Но Гарри показалось, что на самом деле он не был настолько зол, как хотел выглядеть.
- Не понимаю о чем вы, сэр.
- Не пытайтесь казаться глупее, чем вы есть. Вы натравили на меня этих репортеров.
- Правда? - Гарри усмехнулся. Может, он слишком устал, но угрожающий тон, которым было брошено это обвинение, казался неубедительным, а в глубине темных глаз Мастера Зелий ему мерещились огоньки удовлетворенного самолюбия. Снейп напоминал кота, налакавшегося сливок. Гарри готов был поспорить, что Снейпу понравилось повышенное внимание к своей персоне. - Я так не думаю. Просто они увидели в вас новую кандидатуру на звание "Главного Героя Дня".
Юноша непроизвольно улыбнулся, чем вызвал уже вполне настоящий гнев Снейпа.
- Не хамите, Поттер, - пальцы профессора вцепились в плечи Гарри сильнее, он подозрительно посмотрел на гриффиндорца. - Какую игру вы ведете?
Гарри удивленно взглянул на Снейпа. О чем это он говорит?
- Профессор, неужели вы действительно думаете, что я хочу сделать вам что-то плохое?
Увидев откровенно изумленное лицо юноши, Снейп нахмурился. Некоторое время он пристально смотрел ему в глаза.
- Конечно нет, Поттер, у вас недостаточно мозгов, чтобы навредить мне, - недовольство в голосе профессора сменилось вкрадчивыми интонациями, сигнализирующими об опасности. Обычно после слов, произнесенных именно таким тоном, Гриффиндор лишался большего, чем обычно, количества баллов.
Руки Снейпа были неожиданно горячими, это хорошо чувствовалось через тонкую ткань летней рубашки. Гарри вдруг осознал, что его сердце бешено колотится, а кровь шумит в ушах. Да что же с ним такое сегодня происходит? Сначала у него испортилось настроение оттого, что смазливый журналист строил глазки Снейпу, а теперь такая реакция на его близость…
- Профессор, боюсь, что коридор не лучшее место для выяснения отношений. Нас эээ… могут неправильно понять, - осознав, что сказал двусмысленность, Гарри слегка покраснел и выразительно скосил глаза в сторону. Проследив за его взглядом, Снейп увидел выглядывающую из-за угла физиономию репортера, на лбу которого была написана решимость обнаружить хоть какую-нибудь сенсацию.
Декан Слизерина резко отпрянул, нацепив на лицо свою обычную маску холодности и отчуждения.
- Вы свободны, Поттер, - процедил Снейп и развернулся к репортеру: - Позвольте поинтересоваться, что вы здесь делаете? Насколько я знаю, всех журналистов должны были проводить до выхода из Хогвартса…
Гарри не заставил себя упрашивать, максимально быстро убираясь из коридора. Прежде чем шагнуть на лестницу, он успел заметить какой бледный и испуганный вид приобрел незадачливый репортер, едва стоявший на ногах - настолько сильно у него тряслись колени.
*****
Когда Гарри вошел в гостиную Гриффиндора, Рон и Гермиона испуганно отскочили друг от друга. Выглядели они встрепанными и немного виноватыми. Первым в себя пришел Рон:
- Ой, Гарри, мы не думали, что ты так рано вернешься…
- Рон! - Гермиона закатила глаза. - Извини Гарри, просто мы… эээ… Кстати, расскажи, как все прошло? Журналисты сильно тебя доставали?
Гарри рухнул в кресло. Несмотря на усталость, он едва удержался, чтобы не рассмеяться, глядя на смущенные лица друзей.
- Это было отвратительно. Они пялились на меня как на уродца из кунсткамеры и задавали дурацкие вопросы. Особенно их интересовала моя личная жизнь. Например, правда ли, что я любил подглядывать за Малфоем, когда он мылся в душе.
- Вот ведь гады! - воскликнул Рон, стукнув кулаком по журнальному столику, отчего стоявшая на нем доска с шахматными фигурами подпрыгнула.
- Это что, они даже у Снейпа поинтересовались, принимал ли он участие в оргиях Упивающихся, и, - Гарри изобразил на лице ужас и понизил голос до шепота, -действительно ли они во время черномагических ритуалов пили менструальную кровь девственниц.
У Рона и Гермионы отпали челюсти.
- Гарри, он их не убил за это?
- К сожалению, нет - Дамблдор удержал. Но если бы вы видели, какое у Снейпа при этом было лицо… - Гарри выразительно округлил глаза, - я думал его точно удар хватит.
- Мне даже страшно спрашивать, какие вопросы задавали тебе! - воскликнула Гермиона.
Гарри задумался, уставившись в одну точку. Он не знал, стоит ли рассказывать друзьям о том, что произошло в коридоре. И особенно о том, что он почувствовал, когда Снейп схватил его.
- Гарри, эй, что с тобой, ты слышишь меня? - Рон потряс его за плечо.
- Что? Все в порядке, просто все это так мерзко. Ладно, я уже начинаю привыкать. Черт, сейчас бы напиться.
- Не думаю, что это выход, - поучительно произнесла Гермиона, но, пристально взглянув на друга, задумчиво добавила: - Впрочем, почему бы и нет…
- Гермиона?! - удивленно воскликнул Рон. - Не могу поверить, что ты это сказала!
- Ой, Рон, не будь занудой. Кроме того, тебе напиваться никто не предлагает.
Через полчаса трое неразлучных друзей шли по маленьким уютным улочкам Хогсмида.
- Ну, куда мы пойдем, к мадам Розмерте? - поинтересовался Рон.
- Не думаю, что там можно спокойно посидеть, - задумчиво протянул Гарри. - Готов поспорить, на нас все будут пялиться. В лучшем случае. В худшем - придется быстро уносить ноги от желающих получить автограф. Может, лучше в "Кабанью голову"?
- Но, Гарри, ты помнишь, чем закончилось наше пребывание там на пятом курсе? - на лице Гермионы ясно читалось сомнение в умственных способностях Гарри.
- Ну, во-первых, сейчас мы не собираемся обсуждать секретные планы. Во-вторых, Вольдеморта больше нет, доносить некому. Зато там никто не будет глазеть на нас и тыкать пальцами.
- И еще там можно взять огневиски, а у мадам Розмерты ничего крепче сливочного пива нет, - выдал последний аргумент Рон.
- Хорошо, можете напиться хоть до зеленых скучечервей, если считаете, что без этого не обойтись, но учтите, я вас обратно на себе не понесу!
Выражая всем своим видом неодобрение, Гермиона последовала за друзьями.
*****
Когда во время ужина Снейп не увидел за столом "святую троицу", ему это не понравилось. Учитывая события трудного дня и взрывной характер Поттера, он логично предположил, что неугомонный гриффиндорец снова полез искать приключения на свою задницу. А заодно и на задницы своих друзей.
Впрочем, почему это должно теперь его волновать?! У него больше нет причин оберегать того, на кого были возложены надежды всего магического мира.
Но, хотя Снейп и не хотел признаваться себе, в глубине души он был обеспокоен: кто знает, каким образом Поттер захочет снять стресс…
*****
Тем же вечером профессор МакГонагалл, довольно поздно возвращавшаяся из кабинета Дамблдора в Гриффиндорскую башню, услышала грохот в одном из коридоров. Списав звук на проделки Пивза, она хотела продолжить свой путь, но что-то ее насторожило. Насколько она знала, полтергейст еще не научился орать на три голоса.
Когда МакГонагалл добралась до нужного коридора, ее взгляду предстало незабываемое зрелище.
Рон Уизли валялся поверх груды металлолома, при ближайшем рассмотрении оказавшейся рыцарскими латами. Гермиона Гренджер, глупо хихикая, тянула его за руку, пытаясь поднять. В результате Уизли свалился на пол, вызвав очередную волну грохота и звона от раскатившихся частей доспехов, а лучшая ученица Хогвартса, не удержав равновесия, уселась на пятую точку, недоуменно тряся головой. Гарри Поттер тем временем, передвигаясь на четвереньках, догнал укатившийся в сторону шлем и теперь пытался натянуть его на голову, что ему удалось после нескольких попыток.
Минерве МакГонагалл доводилось видеть пьяных студентов, но чтобы такое… Декан Гриффиндора нервно всплеснула руками.
*****
Появление гриффиндорцев в сопровождении МакГонагалл в больничном крыле произвело на мадам Помфри не меньшее впечатление. Эффект усиливался тем, что Уизли так и не расстался с трофейным копьем, а Поттер до сих пор смотрел на окружающий мир сквозь щели забрала.
- Мерлин всемилостивый! Что случилось?! - медсестра всплеснула руками, в точности повторив движения МакГонагалл несколькими минутами ранее в коридоре.
- Полагаю, эти молодые люди банально пьяны.
Пока декан Гриффиндора складывала почти бесчувственные тела своих бывших студентов на кровати, мадам Помфри через каминную сеть обратилась к профессору Снейпу. Он появился в больничном крыле буквально через несколько минут, держа в руках несколько склянок, и помог Поппи напоить ребят зельем.
*****
Через четверть часа трое гриффиндорцев стояли перед МакГонагалл и Снейпом, мрачно изучая трещины в каменном полу под ногами.
- Вы должны понять, что ничто не дает вам права так вести себя в стенах школы, - сурово выговаривала декан Гриффиндора. - Несмотря на то, что вы больше не являетесь учениками, до тех пор, пока вы находитесь здесь, вы должны соблюдать определенные правила приличия. Вы это понимаете?
- Да, профессор, - троица дружно кивнула.
- Я могу догадываться о причинах, побудивших вас… так напиться, - МакГонагалл с долей сочувствия взглянула на Гарри, - но вы перешли все границы…
- Полагаю, мистеру Поттеру оказалось недостаточно того внимания, которое ему уделяет пресса, - перебил ее Снейп, - и он решил подогреть интерес к своей персоне скандальным появлением на публике в нетрезвом виде.
- Но мы… я… я не… - Гарри попытался что-то ответить, но все оправдания, которые приходили на ум, прозвучали бы глупо и по-детски.
- Впрочем, что еще можно ожидать от избалованного мальчишки, который никогда и ни в чем не знал отказа. С вами, мистер Уизли, тоже все ясно. Верный оруженосец, поддерживающий все выходки Золотого Мальчика… - Рон покраснел до кончиков ушей. - Но вы, мисс Гренджер! Признаться, я был очень удивлен, узнав, что вы способны на такое поведение. При всех ваших недостатках, я считал, что у вас единственной есть хоть немного ума, чтобы удержать своих друзей от опрометчивых поступков…
- Но сэр, как вы можете так говорить! Я думала, уж вы-то должны понять нас, вернее, Гарри… - Гермиона дерзко взглянула на Снейпа, намереваясь отстаивать справедливость до конца.
- И что же, по-вашему, я должен понять, мисс Гренджер? - Снейп, чуть склонив голову и вопросительно приподняв бровь, взглянул на девушку.
- Вы же были на пресс-конференции и знаете, что журналисты бывают весьма бесцеремонны, когда роются в чужой жизни… Я хочу сказать, иногда бывают ситуации, когда человеку просто необходимо расслабиться и обо всем забыть…
- Ах, ну конечно же, как я мог упустить из виду нежную натуру нашего Героя! - Снейп скрестил руки на груди и перевел снисходительный взгляд на Поттера. - И залечивать душевную травму он решил, утопив свой разум на дне бутылки.
Гарри вспылил:
- Это не ваше дело, как я залечиваю свои душевные травмы! Не у всех же вместо сердца камень, как у вас! Может, вы и привыкли убивать людей, не задумываясь… - юноша судорожно вздохнул. Где-то в глубине души он понимал, что не стоит говорить такие вещи, но жестокие слова вылетали сами собой.
- Мистер Поттер! - предостерегающе воскликнула МакГонагалл.
- Ну конечно же, Поттер. К вашему сведению, у меня вообще нет сердца, - угрожающе зашипел профессор, приближаясь к гриффиндорцу. Глаза зельевара светились бешенством. - А мое хобби - душить невинных младенцев в колыбельках… - Снейп непроизвольно ухватился за палочку, не вытаскивая ее. Поттер судорожно сжал свою.
- Северус! - МакГонагалл растерянно переводила взгляд со Снейпа на Поттера и обратно. С таким же выражением смотрела на них Гермиона, а Рон отступил назад и в ужасе зажмурился, ожидая, что теперь Снейп точно убьет Гарри. Мадам Помфри побежала за успокоительным. На раздавшееся за спинами потрескивание камина никто не обратил внимания.
- Вам даже все равно, что о вас говорят, потому что действительность еще хуже! Вы холодный, черствый, бездушный, вы не испытываете никаких чувств, вы не понимаете, что другие люди могут чувствовать боль, вы… вы… - Гарри задыхался от гнева и подступающих рыданий, сдавивших горло.
- А ты - глупый, эгоистичный, инфантильный мальчишка, так и не выросший из коротких штанишек. Что ты знаешь о боли, щенок?! Кто ты такой, чтобы рассказывать мне об этом?!
- Северус, Гарри, что происходит? - Из взметнувшихся изумрудных язычков каминного пламени вышел Альбус Дамблдор.
Появление директора несколько охладило воинственный пыл Снейпа и Поттера. Они быстро убрали палочки, которые успели вытащить во время перепалки, но продолжали испепелять друг друга взглядами.
В это время вернулась мадам Помфри, неся перед собой поднос с внушительного размера графином и несколькими стаканами.
- Господин директор, вы очень вовремя. По-моему, эти двое собираются поубивать друг друга, - Поппи налила жидкость из графина в стакан и тут же залпом его осушила.
- Полагаю, мы все здесь достаточно взрослые, чтобы не допустить этого, - мягко произнес директор. Минерва, вы, кажется, единственная здесь, кто может ввести меня в курс дела.
- Господин директор, эти трое, - они кивнула головой в сторону ребят, - побывали сегодня в Хогсмиде, где и напились до невменяемого состояния. Я обнаружила их в коридоре…
- Поппи, нет! Я не буду пить эту дрянь! - на минуту внимание присутствующих переключилось на Снейпа, старательно отбивавшегося от мадам Помфри, которая пыталась напоить его успокоительным.
- …обнаружила в коридоре и привела сюда. Поппи попросила Северуса принести нейтрализатор алкоголя, а потом… потом… вот что потом… - МакГонагалл растерянно развела руками.
- Я понял, Минерва, спасибо. Нет, Поппи, мне успокоительное пока не требуется, а вот Минерва, думаю, не откажется.
Дамблдор повернулся к гриффиндорцам. Гарри стало не по себе от его взгляда: директор смотрел строго, без обычной мягкости.
- Гарри, Рон, Гермиона, вы все уже достаточно взрослые, для того, чтобы поступать так, как считаете нужным. Я не буду вас отчитывать, так как считаю, что вы в состоянии сами оценить свои действия и, в случае необходимости, ответить за них. Но я хотел бы попросить вас воздержаться в дальнейшем от такого поведения в стенах Хогвартса.
Короткая речь профессора Дамблдора возымела тот эффект, которого безуспешно пыталась добиться МакГонагалл: ребятам стало стыдно. Рон усиленно ковырял ботинком пол, Гермиона вспыхнула и опустила взгляд, нервно теребя рукой мантию. Гарри насупился, избегая встречаться взглядом с директором. Больше всего ему сейчас хотелось провалиться сквозь землю, особенно учитывая то, что он наговорил Снейпу. Юноша всей кожей чувствовал взгляд Дамблдора, остановившийся на нем:
- Гарри ты ничего не хочешь сказать профессору Снейпу?
Гарри много чего хотел бы сказать, но, очевидно, не то, что хотел услышать от него директор. Поэтому он отрицательно мотнул головой, продолжая упрямо пялиться на пол.
- Ну что же, в таком случае я попрошу вас, Минерва, проводить ребят до гостиной.
*****
Когда гриффиндорцы, сопровождаемые МакГонагалл, вышли, Снейп повернулся к Дамблдору:
- Он и святого из себя выведет.
- Ему нужно время, - директор устало опустился на край больничной кровати.
- Дьявол, Альбус, надо было подождать с конференцией. Вы видите, что они сделали с мальчишкой?! Вы представляете, что значит пережить это заново?!
- Прости, Северус, но ты же знаешь, что другого выхода не было. И потом, раны затянутся быстрее, если боль выговорить, - Снейп не понимал, как взгляд директора мог быть серьезным и лукавым одновременно.
- Что вы хо… Нет! Альбус, нет! Только не говорите, что мне придется вытирать сопли этому маленькому, самоуверенному, наглому…
- …храброму, великодушному, чуткому юноше. Вам обоим необходим этот разговор.
- Нет, Альбус! В любом случае, я - последний человек, с кем захочет поговорить Поттер. Думаю, заниматься его психологическими проблемами придется вам.
- Что ж, посмотрим, Северус, - Дамблдор лучезарно улыбнулся Снейпу и, подхватив полы халата, шагнул в камин.
***
Добравшись до гостиной, ребята наконец-то расслабились.
- Ну почему Снейп всегда все портит?! - воскликнул Рон, падая на диван.
- Ему просто нравится оскорблять всех, - с досадой пробормотал Гарри.
- Гарри, тебе все же не стоило так с ним разговаривать. Ты же видишь, Снейп специально выводит тебя из себя, а ты вспыхиваешь, как спичка и тут же нарываешься на новые оскорбления. Если бы Дамблдор не вмешался, все закончилось бы дуэлью.
- Да, но зачем он это делает?! Мне казалось, после того, как я убил Волдеморта, Снейп должен был изменить свое отношение ко мне.
- Гарри, с чего ты взял? - всем своим видом Рон показывал, что Гарри сказал глупость. - Да он наоборот завидует тебе, что это ты убил этого урода. Ты - настоящий герой, а он просто случайно оказался там.
- Нет, Рон, он не завидует. И потом… не знаю, как объяснить, но когда люди вместе пережили что-то ужасное, когда они едва избежали гибели… Мне кажется, это сближает. Я начал относиться к Снейпу по-другому и думал, что он тоже должен был изменить свое отношение ко мне.
- Гарри, ты хоть понял, что сказал? - Рон покрутил пальцем у виска. - Горбатого могила исправит. И Снейп как был Упивающимся, так им и остался.
- Знаешь, Гарри, возможно, ты прав, и Снейп изменил свое мнение о тебе, - Гермиона жестом показала возмущенному Рону, чтобы он заткнулся. - Но не стоит забывать, что он очень скрытный человек, а тебя ненавидел много лет. Если даже он начал думать о тебе лучше, то начнет злиться на себя и на тебя, потому что получается, что столько лет он вел себя, как последний идиот.
Рон удивленно переводил взгляд с Гермионы на Гарри и обратно.
- Знаете, что я скажу - вы оба сумасшедшие! Снейп - это Снейп, и я вообще не пойму, о каком хорошем отношении вы тут говорите.
- Ладно, закрыли эту тему. Герм, ты нашла что-нибудь в библиотеке?
- Нет, пока ничего интересного. Есть стандартное пузыреголовое заклятье, которое во время тримагического турнира использовали Седрик и Флер, неполная форма превращения, которой воспользовался Виктор - это гораздо проще, чем анимагическая форма, но тоже достаточно сложно. В книгах есть несколько упоминаний еще о паре заклинаний, помогающих обходиться под водой без воздуха, но они достаточно сложные и для их применения требуется палочка. Еще я нашла несколько рецептов зелий, но тут проблема та же, что и с жаброслями - действуют непродолжительное время, то есть даже если предположить, что Снейп принял зелье перед тем, как отправился к Волдеморту, к тому времени, о котором ты говоришь, действие уже прекратилось бы. Кроме того, они тоже меняют внешность - жабры появляются в любом случае.
- Значит, не заклинание и не зелье… А Снейп мог сам изобрести новое зелье?
- Едва ли. Это действительно очень сложно.
- И что теперь? Искать больше негде?
- Я не уверена, Гарри. Я хочу проверить еще кое-какие догадки, но пока ничего не могу сказать. Это может показаться невероятным…
Разговор перешел на другие темы. Гарри смотрел, как Рон теребил густые локоны Гермионы, склонившей голову ему на плечо, и немножко завидовал им. Интересно, каково это - перебирать волосы Снейпа. И какое у того будет выражение лица? Гарри фыркнул. Определенно, представить его умиротворенным и сонно жмурящимся, как сейчас Гермиона, не удавалось. Но сама мысль была забавной. Хотелось бы знать, Снейп когда-нибудь улыбается, хотя бы когда его никто не видит?
- Дьявольщина какая-то, - пробормотал Гарри, поднимаясь с кресла
- Ты куда? - удивился Рон.
- Да так. Пойду, проветрюсь…
С этими словами юноша развернулся и выскочил из гостиной прежде, чем друзья успели хоть что-то спросить.
Глава 6
Профессор Снейп не находил себе места. Он злился сейчас на весь свет, на Поттера, на себя. Впервые в жизни его чувства вышли из-под контроля, не желая подчиняться голосу разума.
Когда это началось? На пресс-конференции, когда это ходячее несчастье воздержалось от того, чтобы прилюдно облить его грязью? В море, когда биение пульса было таким слабым и ненадежным, а ресницы, прикрывавшие зеленые глаза, казались неправдоподобно длинными? В замке, когда они должны были разделить одну смерть на двоих? Или, может, еще раньше, на одном из уроков, когда взгляд мальчишки загорался ненавистью и обидой после несправедливо снятых баллов?
Почему он не распознал опасность раньше и не предпринял меры?
И самое главное - что теперь делать?
Вопросов было много, ответов - ни одного.
Снейпу казалось, что это чувство всегда находилось где-то в потайных уголках души, а сейчас под влиянием какого-то внешнего воздействия пробудилось и стало проситься наружу. Нет, не проситься - рваться.
Права была его мать, когда говорила, что люди приносят только несчастья и держаться от них нужно подальше. Когда дед взял его на воспитание, Северус часто вспоминал эти слова, недоумевая, почему мать так относилась к этим сухопутным тварям, по большей части таким же безобидным, как дедушка. Люди на первый взгляд не сильно отличались от Северуса. Ну разве что были слабее, глупее, и не могли долго находиться под водой. Впрочем, и среди них встречались интереснейшие экземпляры.
Но как оказалось позже, Северус недооценил противника. Люди оказались куда более жестоки и вероломны, чем он думал. Однако к тому времени, когда он осознал эту истину, было поздно что-либо менять. Он оказался связан обязательствами, от которых при всем желании невозможно было просто отказаться.
Бедная матушка… Ее смерть должна была послужить первым неопровержимым доказательством ее слов. И первым сигналом опасности. Но Северус был слишком молод и самонадеян.
*****
Всю первую половину дня Северус осваивал новый подземный грот, обнаруженный пару дней назад в массиве известняковых утесов, ярко белеющих в лучах утреннего солнца. Это было самое прекрасное место из всех, которые ему когда-либо приходилось видеть. Первоначально проход в скале не сулил ничего хорошего - мальчуган сунулся туда из чисто детского любопытства. Буквально через несколько метров Северус почувствовал, что теплое течение, омывавшее эти берега, ослабло, вода стала прохладнее и изменилась на вкус: стала менее соленой, в ней появилось больше извести и еще каких-то минералов. Заинтригованный, Северус поплыл дальше. Скалистые своды прохода то сужались, то расширялись. Вода стала еще холоднее и прозрачней.
Наконец, Северус вынырнул.
Зрелище, представшее его взгляду, ошеломляло.
Он находился в небольшом, кристально прозрачном озерце, располагавшемся у края просторной пещеры. Вдали, у противоположной стены, высоко под потолком находился пролом, через который проникал слабый солнечный свет. Там находились еще пара маленьких водоемчиков, больше смахивающих на мутные лужицы.
То, что пещера была очень древней, Северус понял сразу. Во многих местах сталактиты и сталагмиты срослись, образуя причудливые колонны. День за днем, миллиметр за миллиметром минералы, приносимые крошечными капельками воды, оседали на высоких сводах и полу, пока не превратились в совершенную по своей красоте галерею, равную которой не смогли бы создать даже древние греки. У одной из стен осадки, накапливавшиеся долгие сотни и тысячи лет, образовали множество полых трубочек, напоминая орган. Каждая капелька, ударявшаяся о каменистый пол или поверхность озера, издавала хрустальный, прозрачный звон, разносившийся эхом под высокими сводами.
Забыв обо всем на свете, Северус весь день играл в пещере, воображая себя то морским разбойником, то доблестным и отважным героем, нашедшим сокровища, спрятанные пиратами.
В обрывистых склонах озера в местах разломов, вызванных геологическими процессами, в слоях нанопланктона он обнаружил следы фораминифер - ракушек мелового периода. Северус долго всматривался в кальцинированные спирали раковинок, свидетельниц тех неведомых времен, когда его предки были только в замыслах Творца, а магия находилась в состоянии свободной энергии, никем еще не подчиненная. Он попытался отковырять одну ракушку, но та рассыпалась известняковой крошкой.
Только вечером, почувствовав, что проголодался, маленький черноволосый мальчишка отправился домой. Подплывая к селению, он еще издали почувствовал что-то неладное. Сердце тревожно сжалось. С каждым последующим метром тревога перерастала в уверенность, что случилось что-то плохое. В воде появился вкус крови.
Русалочьей крови.
Дальнейшее Северус помнил смутно. С отчаянно бьющимся сердцем, прячась за каждым камнем, он осторожно пробирался ближе, пока перед его взглядом не предстала русалочья колония. Вернее то, что раньше ею было.
Обрывки водорослей, еще утром покрывавшие скаты крыш, и мутная взвесь илистых отложений мешали ясно увидеть всю картину. Но даже того, что он рассмотрел, было достаточно для многолетних ночных кошмаров, от которых он просыпался в холодном поту. Он увидел разрушенные жилища. Несколько бездыханных русалочьих тел лежали в неестественных позах на буром песке. В воде уже появились стайки хищных рыб, почуявших, что здесь есть чем поживиться.
Весь вечер Северус метался по деревушке в надежде кого-нибудь найти. Он звал маму и, впервые в жизни, плакал. С наступлением темноты он забился в густые заросли водорослей на окраине поселения и попытался обдумать ситуацию. Выжить одному у него сейчас шансов очень мало. Маленький и беззащитный детеныш представлял отличную добычу для хищных морских созданий. Нужно было найти другую колонию. Северус знал, что ближайшая из них находится где-то на северо-востоке. С наступлением рассвета, как только первые лучи солнца пробились сквозь толщу воды, он отправился в путь.
Несколько дней Северус блуждал в одиночку, ориентируясь на солнце, звезды, подводные течения и собственную интуицию. Покинув Па-де-Кале, он направился в Северное море. Несколько раз мальчик чуть не стал жертвой хищных морских обитателей, чудом избежав гибели. Все это время он питался съедобными водорослями, моллюсками и, когда удавалось поймать, мелкой рыбешкой. Как-то утром он встретил дельфинов и весь день плыл с ними.
На исходе десятого дня Северус почувствовал запах жилища. У него получилось, он доплыл!
Русалки, которых нашел Северус, отличались от его родичей - у них была переливающаяся серебристая кожа и мощные хвосты, покрытые твердыми чешуйками. Там же мальчик встретил двух русалок из его колонии, приплывших двумя днями ранее. По счастливой случайности они отсутствовали в селе в момент нападения. От них Северус узнал, что это были браконьеры, не пожалевшие никого - ни стариков, ни детей…
Возиться с мальчишкой свободолюбивым дочерям моря не хотелось. Через несколько дней одной из русалок, хорошо знавшей бабушку Северуса, удалось разыскать его деда, Стивена Снейпа, после чего, даже не обернувшись на прощание, они уплыли выстраивать новую жизнь на новом месте.
Северус остался жить среди людей.
*****
Выдержка из "Всемирной энциклопедии обитателей морских глубин и рек", том 17, стр. 465:
"Как и всякие магические существа, русалки представляют особую ценность. Во многих магических обрядах и рецептах зелий используются русалочья кровь, слезы, волосы, плавники, и другие органы. Наиболее редким и дорогим компонентом является русалочье сердце, применяемое, в основном, в черной магии.
Основная сфера использования подобных ингредиентов - разнообразные отвороты, зелья внушения равнодушия как к отдельным людям, так и к жизни в целом (последнее относится к разряду черной магии), а также излечение сердечных ран.
Русалочье сердце во взаимодействии с некоторыми препаратами может дать эффект сильного яда, действие которого проявляется лишь спустя некоторое время - от недели до нескольких месяцев. Определить наличие такого яда в организме жертвы практически невозможно. В качестве противоядия в большинстве случаев используется зелье с добавлением слез или крови русалки - в зависимости от состава яда.
Официально охота на русалок запрещена, но, несмотря на меры, предпринимаемые правительством, от рук браконьеров только в Великобритании ежегодно погибает до полусотни особей.
*****
Выбравшись из школы, Гарри направился мимо теплиц к озеру. Солнце давно уже село, и от огоньков Хогвартса, оставшегося за спиной, темнота впереди казалась еще более густой и непроницаемой. Ночная свежесть приятно холодила разгоряченную кожу, в воздухе раздавался стрекот цикад, в густой траве шуршали сотни невидимых глазу насекомых и мелких животных.
Итак, следовало привести в порядок свои мысли и разобраться, что же происходит. Проблема номер один - Снейп. Что он скрывает и почему пытается доказать Гарри, что все случившееся в море ему померещилось? Поиск ответов на эти вопросы Гарри решил отложить, а вернее, свалить на Гермиону, которая перероет всю библиотеку, но что-нибудь да найдет.
Проблема номер два - опять Снейп. Гарри не смог бы объяснить, почему считает, что профессор должен был изменить свое отношение к нему, но иногда ему казалось, что во взгляде Мастера зелий мелькало какое-то новое чувство. Однако он упорно продолжал оскорблять Гарри, делая вид, что все осталось по-прежнему. Отчего-то это задевало.
Кроме того, была еще и третья проблема: почему Гарри так реагирует на Снейпа?
При воспоминании об утреннем инциденте, о горячих руках профессора на своих плечах, о презрительном изгибе тонких губ, оказавшихся перед его глазами, кровь снова прилила к щекам юноши.
Сняв ботинки и подвернув брюки, Гарри вошел по щиколотку в воду и побрел вдоль берега. Прогретая днем вода, теперь отдававшая тепло, умиротворяла, а мелкие камешки то покалывали, то приятно щекотали ступни. Проблемы стали казаться не такими уж и сложными, а внутри появилась уверенность, что Гарри со всем разберется.
Для начала следовало поговорить со Снейпом. Да, это нелегко, но кто сказал, что Мальчик-Который-Снова-Выжил боится трудностей? Кроме того, Гарри в любом случае надо было извиниться за свои слова. Сейчас, успокоившись, он начал понимать, что был не прав. Не совсем прав. Возможно, профессор немного поорет, но потом все равно выслушает Гарри, никуда не денется. "Ага, если не вышвырнет за дверь раньше", - подумал юноша, но решил не поддаваться пессимистичным мыслям.
Не может быть, чтобы Снейп совсем ничего не чувствовал. В конце концов, он тоже человек и, также как и у Гарри, впрочем, как у любого человека, испытавшего стресс, у него должна быть потребность выговориться, поделиться своими переживаниями. Гермиона права: он не привык доверять людям и держит все в себе. Но это неправильно. Тем более что Гарри сам хотел бы обсудить события в замке Волдеморта. И понимания друзей в этом случае было недостаточно. Ему нужно было поговорить с человеком, который там был.
Гарри выбрался на берег и твердым шагом направился к Хогвартсу.
*****
- Поттер, снова вы?
На лице профессора, обычно холодном и беспристрастном, отразилась целая гамма чувств - от удивления, раздражения и досады до какого-то любопытства и предвкушения интересного спектакля.
- Полагаю, полы в подземельях настолько грязные, что вы побоялись испачкать свои ботинки?
Гарри недоуменно посмотрел на профессора, а затем опустил взгляд, пытаясь понять, на что с таким ехидством воззрился Снейп. В следующий миг румянец смущения выступил на его щеках: пришпориваемый беспорядочными мыслями, он так и не обулся, выскочив из озера, и теперь стоял перед Снейпом в подвернутых штанах и босиком, сжимая ботинки в одной руке.
- …твою мать… А я-то думаю, почему сегодня в подземельях так холодно, - тихо пробормотал он, поспешно обуваясь.
- Выбирайте выражения, мистер Поттер. Что вас сюда привело?
- Я хотел извиниться за то, что наговорил вам сегодня.
- Извиниться? - Снейп фыркнул. - Вас прислал Дамблдор? Передайте ему, что я оценил ваш душевный порыв.
- Меня никто не присылал, - юноша чувствовал закипавшую внутри злость, но, помня, зачем он сюда явился, старался держать себя в руках. - Я пришел сам, потому что понял, что не должен был говорить вам… то, что сказал. Я был не прав.
Скрестив на груди руки и опираясь спиной о дверной косяк, Мастер Зелий пристально разглядывал стоявшего перед ним гриффиндорца.
- Если я приму ваши извинения, я смогу, наконец, избавиться от вас?
- Эээ… Ну вообще-то, я хотел поговорить…
Снейп обреченно вздохнул и отступил, давая юноше возможность пройти.
- Что на этот раз? - чувствуя себе несколько неуверенно в вертикальном положении, Снейп поспешил добраться до кресла, с облегчением упав в него. - Вы снова намереваетесь выведать все мои тайны?
- Не оставляю надежды, - с ощущением deja vu, Гарри выволок из-за стола неудобный громоздкий стул. На столике у кресла он заметил ополовиненную бутылку виски и бокал с янтарной жидкостью. - Залечиваете душевные травмы, профессор?
- Не хамите, Поттер. Вы, конечно, больше не мой ученик, но это не помешает мне выставить вас за дверь, - "Или сначала убить, а потом выставить", - подумал про себя Снейп.
- Простите, сэр... А вы знаете, что употребление спиртных напитков в одиночку - первый признак алкоголизма?
Снейп фыркнул:
- Даже и не думайте, Поттер, свой лимит на сегодня вы уже исчерпали. Задавайте свои вопросы и выметайтесь отсюда.
Гарри пожал плечами.
- Я хотел просто поговорить.
- Просто поговорить? - Снейп недоуменно приподнял бровь. - Очевидно, своих друзей вы уже заговорили насмерть, и теперь решили взяться за меня?
- Не в этом дело, просто есть вещи, о которых я не могу говорить с ними.
Снейп откинулся на спинку кресла, прикрыв глаза.
- Полагаю, - устало произнес он, - это касается того, что вы пережили, когда убили Волдеморта.
- Как вы догадались? - Гарри не смог скрыть своего удивления.
- Вы испытывали страх, Поттер? Не переживайте, это вполне естественно. Даже для Героя. Ложное чувство вины также входит в комплект. Но думаю, с этими проблемами вам лучше обратиться к Дамблдору. На роль психоаналитика я не гожусь.
Теперь Гарри был поражен до глубины души. Такой чуткости от Снейпа он никак не ожидал. Как бы отвечая на невысказанные мысли Поттера, Снейп продолжил:
- Да, мы с директором ожидали, что вам понадобится психологическая помощь. Конечно, я надеялся, что изливать душу вы отправитесь к профессору Дамблдору. Увы, мне, как всегда, не повезло… Что же, вы хорошо держались все это время. Очевидно, присутствие друзей помогло вам справиться с психологическим грузом.
- О… То есть, вы хотите сказать, что это нормально? И то, что я стал убийцей…
- Громко сказано, Поттер. Вы всегда преувеличивали свое значение. Темный Лорд уже не был человеком. Если бы вы его не победили, за свою вечную жизнь он убил бы не одну тысячу невинных.
- Профессор, а как насчет вас? Вы не хотите поговорить?
- Мне некогда заниматься глупостями, - Снейп снова посуровел и холодно взглянул на Гарри. - И прекратите ломать стул, он мне еще пригодится.
- Простите… - Гарри прекратил раскачиваться, поставив стул на все четыре ножки. - А вам… ну, тогда… было страшно?
- Разумеется.
- Вы боитесь смерти?
- Нет. Но это не означает, что я спешу расстаться с жизнью.
- А я боюсь.
- Совершенно напрасно, Поттер. Смерть - такое же естественное проявление жизни, как и рождение. Вы же не боитесь того, что когда-то вас не было. Точно так же не стоит испытывать страха и перед тем, что когда-то вас не будет. Жизнь и смерть - две стороны одной медали. Пока вы не поймете этого и не научитесь относиться к смерти, как к неизбежному, необходимому процессу, вы не сможете развиваться дальше.
- Вы считаете нормальным, что моих родителей убили?
- Я не говорю об убийстве, Поттер, я говорю о смерти. Это разные вещи.
Гарри не совсем понимал логику профессора, но решил, что над этим стоит подумать. Позже.
*****
Слова лились рекой, позволяя выплеснуться всем чувствам и эмоциям, переполняющим Гарри. Ему было трудно выразить словами свои мысли, но почему-то юноша был уверен, что Снейп понимает его правильно.
- Знаете, профессор, я никому не мог сказать на пресс-конференции… даже Рону и Гермионе не сказал, но… мне было жаль Волдеморта. Ему почти удалось получить вечную жизнь, а он так не смог распорядиться этим как следует. Не думаю, что на протяжении всех этих лет он когда-нибудь был по-настоящему счастлив. Это так глупо… то, что он делал, за что он сражался… Я должен его ненавидеть, а мне жалко его. Думаю, если я это расскажу об этом кому-нибудь, меня сочтут психом.
"А мальчишка не такой дурак, каким кажется", - изумленно отметил про себя Снейп, - "Кто бы мог подумать, что он способен на такие зрелые суждения…"
- Вы уже рассказали это мне, Поттер.
- Да, но вы и так всегда были уверены, что я не дружу с головой.
Снейп усмехнулся. На несколько секунд Гарри забыл, что надо дышать - зрелище вполне дружелюбно ухмыляющегося Снейпа его поразило.
- Видите ли, Поттер, большинство людей предпочитают все упрощать - чувства, мысли, поступки. Гораздо легче бывает осудить и отвернуться, чем подумать о причинах, толкнувших человека к определенным действиям.
Гарри шестым чувством понял, что сейчас Снейп говорит не о Волдеморте. Во всяком случае, не только о нем.
- Вся наша жизнь складывается из отдельных событий. Конечно, в одной и той же ситуации разные люди будут действовать по-разному... Но случается так, что у человека практически не остается выбора.
Снейп на некоторое время замолчал, очевидно, погрузившись в воспоминания. Гарри очень хотелось попросить его продолжать, а также поинтересоваться, имеет ли Снейп в виду события, из-за которых он присоединился к Волдеморту, но юноша боялся нарушить хрупкое перемирие, только что установившееся между ними. При малейшем неосторожном слове Мастер Зелий мог снова замкнуться в себе, отгородившись личиной мерзкого ублюдка.
Профессор потянулся за бутылкой, плеснув себе в стакан еще немного виски, и, сделав глоток, продолжил:
- Я не оправдываю… Волдеморта, - Снейп все еще не привык произносить это имя вслух, - но он действительно достоин жалости. Не могу сказать, каким он стал бы, сложись его судьба по-другому. Возможно, если бы он вырос в любящей семье, его внутренние демоны не пробудились бы. Хотя, может быть, тогда его спровоцировало бы что-то другое. Иногда мне кажется, что судьба существует, и если кому-то предначертано пройти определенный путь, изменить это предназначение невозможно. Вы и… Волдеморт - наиболее яркое тому подтверждение.
- Значит, у вас тоже есть своя судьба, что-то, что должно было обязательно с вами случиться?
Снейп усмехнулся:
- Не знаю, Поттер. Вся ирония заключается в том, что в большинстве случаев нам дается выбор. Очевидно, в пределах этого выбора мы сами в состоянии строить свою жизнь. Вопрос в том, насколько широки эти пределы. Там, где заканчивается выбор - начинается Судьба. Ваша Судьба была определена еще до рождения - убить Темного Лорда.
- Значит… у меня нет выбора? - Гарри стало не по себе от мысли, что его жизнь оказалась расписана неизвестно кем, а он в действительности ничего не решает.
- В том, что касается Волдеморта - не было. Но это не значит, что вы не можете управлять своей судьбой. Мы все ежедневно, ежечасно сталкиваемся с проблемой выбора… - Снейп нерешительно замолчал, обдумывая, стоит ли продолжить свою мысль дальше, затем резко вскинул голову, пристально глядя Гарри в глаза: - Поттер, почему вы не оставили меня в замке? Я не заблуждаюсь относительно ваших истинных чувств ко мне, и вы не должны были рисковать из-за меня своей жизнью.
- Не знаю. Просто я не мог бросить вас там, - Гарри мысленно усмехнулся: "Если бы он знал, ЧТО я думаю о нем в последнее время… убил бы меня тут же…".
Некоторое время Снейп сверлил юношу взглядом, а потом пробормотал себе под нос:
- Чертово гриффиндорское благородство.
- Не в этом дело, - Гарри раздраженно дернул плечами. Ему надоели эти выпады против гриффиндорского благородства. - Мне трудно объяснить это. Просто раньше, когда профессор Дамблдор говорил о том, что мы на одной стороне - это были для меня пустые слова. Я знал, что мы оба боремся против Волдеморта, но вы были последним человеком, к которому я обратился бы за помощью. Для меня вы были все равно что враг. Когда же я увидел вас в замке, в окружении Упивающихся, я вдруг почувствовал, что имел в виду директор, понял, что значит "быть на одной стороне". Я действительно забыл о том, что ненавидел вас все эти годы. Тогда я знал только, что если не вытащу вас из замка, то никогда себе этого не прощу.
Гарри робко взглянул на Снейпа, опасаясь, что тот отпустит язвительный комментарий, но Снейп молчал. Гарри добавил.
- Сэр, я вчера не мог уснуть, все думал… Мне кажется, если бы вас там не было, я не смог бы противостоять Волдеморту. А если бы даже по какой-то случайности победил его, то из замка точно бы не выбрался. Мне придавала силы мысль, что вас надо оттуда вытащить.
- Как трогательно, Поттер, - скривился Снейп. Однако Гарри показалось, что за своей язвительностью он хотел скрыть смущение.
***
Было далеко за полночь. Гарри сидел у Снейпа уже не меньше двух часов. Это было так странно: они просто разговаривали. Снейп мог объяснять ему что-то, как маленькому, глупому ребенку, мог снова переходить на снисходительный тон, время от времени выпуская очередную порцию яда и желчи, но, по крайней мере, они не ругались. Иногда Гарри ловил себя на мысли, что все происходящее похоже на сон. Или состояние опьянения. Вдохновленный неожиданным прогрессом в отношениях, Гарри осмелел до такой степени, что решил перейти на более личные темы.
- …И еще мне казалось, что вы начнете по-другому ко мне относиться после всего… Знаете, мне сначала трудно было признаться в этом себе, но мое отношение к вам изменилось. Я перестал ненавидеть вас.
- Какая честь для меня, Поттер, - ухмыльнулся Снейп.
- Я совершенно серьезно. Иногда мне кажется, что вы тоже изменили свое отношение ко мне. И я не пойму, почему вы упорно отказываетесь признать это и продолжаете оскорблять меня при любой возможности.
Гарри был готов услышать в ответ что-нибудь весьма нелицеприятное, но Снейп ничего не ответил. Он задумчиво крутил бокал длинными изящными пальцами, выдававшими его аристократическое происхождение. Усилием воли оторвавшись от созерцания тонкого запястья с голубыми прожилками вен юноша продолжил:
- Я понимаю, бывает нелегко признать, что отношение к человеку, которого ты долго ненавидел, изменилось. Но, с другой стороны, это естественно, что человек меняется, меняется его отношение к окружающим людям, к жизни. Я понимаю, это наверное глупо прозвучит, вы даже можете опять разозлиться и наорать на меня, но мне хотелось бы, чтобы прекратилось бессмысленное противостояние между нами… Возможно, мы смогли бы стать друзьями…
- Друзьями? - изумленно переспросил Снейп, фокусируя взгляд на ошалевшем от собственной наглости гриффиндорце. - Похоже, я дал вам слишком маленькую дозу протрезвляющего зелья и вы все еще пьяны, мистер Поттер.
- Почему вы всегда так закрываетесь? Почему вы во всем видите угрозу и оскорбляете людей, которые пытаются нормально с вами общаться? Как вы можете так жить? Неужели вы не чувствуете одиночества? Неужели у вас нет потребности в человеческом тепле, в дружбе, чтобы был человек, с которым можно поговорить?
- Я не знаю, что вы задумали, Поттер, но предупреждаю: ваш номер не пройдет. А теперь уходите.
Снейп встал и нетвердой походкой направился к двери, показывая, что аудиенция окончена. Гарри был в отчаянии, он хотел пробиться через броню этого человека. Буквально пять минут назад казалось, что у него получилось, но затем дверца надежды вновь захлопнулась…
Гарри подошел к профессору, распахнувшему перед ним дверь.
- Вы ошибаетесь, профессор, - сказал он, глядя ему прямо в глаза. - Я имел в виду только то, что сказал, и ничего против вас не замышляю.
Гарри безумно хотелось стереть тень недоверия с этого бледного аристократичного лица. Только сейчас он осознал, насколько уязвимым был Снейп, боявшийся поверить в то, что кто-то может относиться к нему с искренней заботой.
Не вполне осознавая, что он делает, Гарри потянулся вперед и поцеловал Снейпа. Всего лишь секундное прикосновение к сжатым губам, горячее дыхание и вкус алкоголя…
В следующее мгновение Снейп грубо оттолкнул его. В глазах бушевала ярость:
- Что, черт возьми, ты себе позволяешь, дрянной мальчишка?!
- П-простите, профессор.
Снейп вышвырнул Поттера в коридор с такой силой, что тот упал, больно приложившись о твердый каменный пол. По подземелью прокатился грохот захлопываемой двери, многократно усиленный эхом.
- Вот и поговорили, - пробормотал гриффиндорец, поднимаясь и отряхивая брюки.
*****
Вернувшись в гриффиндорскую башню, Гарри порадовался тому, что спальня была пуста. Очевидно, в данный момент Рон приятно проводил время с Гермионой. Гарри со стоном упал на кровать. После финальной сцены в подземельях снова захотелось напиться до беспамятства. К сожалению, сделать заначку гриффиндорец не догадался, а для посещения Хогсмида было уже слишком поздно даже по меркам закоренелого нарушителя правил.
Уснуть удалось только под утро. Полночи Гарри ворочался с боку на бок, будучи не в состоянии избавиться от назойливых мыслей, переживая снова и снова то, что произошло в подземельях. Простыни стали жаркими и неудобными, будто в них насыпали горячего песка. Гарри скинул покрывало на пол, через некоторое время за ним последовала подушка. Еще через полчаса он встал, чтобы принять душ. Прохладная вода немного успокоила разгоряченную кожу, но вместе с тем смыла последние остатки сна. Лишь перед рассветом, когда по стеклу забарабанили мелкие капельки дождя, Гарри забылся беспокойным сном, больше похожим на бред.
*****
В эту ночь еще один человек мучился бессонницей. Тишина, царившая в хогвартских подземельях, была какой угодно, но не сонной. Казалось, даже воздух был наэлектризован, словно перед грозой.
Северус Снейп был на грани нервного срыва. Эмоции, переполнявшие его, стремились выплеснуться наружу, но профессор не мог позволить себе биться в истерике, подобно подростку. Гнев, ярость, обида, надежда, недоверие и уверенность в том, что ничего хорошего с ним произойти не может, горечь, злость на Поттера за его цинизм и жестокость, снова надежда и злость уже на себя за то, что посмел надеяться. И венчало эту мешанину чувств отчаяние.
Схватив чернильницу, Снейп изо всех сил запустил ею в стену. Толстое стекло не выдержало и треснуло, а стена украсилась импрессионистским пятном насыщенного фиолетового цвета. Тут же аккуратно убрав осколки легким движением волшебной палочки, словно и не было минутной вспышки ярости, профессор решил оставить пятно для оживления интерьера комнаты. Затем он вылил остатки виски в стакан и одним мощным глотком отправил жидкость в желудок.
Легче не стало.
Не в силах даже умыться, Снейп, слегка пошатываясь, добрался до спальни и рухнул на кровать, обхватив руками подушку.
Какого черта Поттер так себя ведет? Может, он все узнал, а теперь… Что теперь? Пытается отомстить? Нет, это было бы нормально для слизеринца, но гриффиндорец никогда не додумался бы до такой изощренной мести. Хотя Поттер всегда был исключением…
Не надо быть семи пядей во лбу, чтобы понять: Северус оказался на грани жизни и смерти. Его охватила паника, он не был готов умереть. Ему еще столько надо было сделать - то, что он откладывал в течение стольких лет из-за работы, из-за войны. Он хотел написать работу по зельям, в которой изложил бы свои наблюдения за многие годы. Его знаниям в области использования зелий в черной магии не было цены. Он собирался провести еще некоторые исследования, поставить важные эксперименты… Теперь же все его планы на будущее оказались под угрозой, и главной причиной всех неприятностей был Поттер.
Профессор не мог понять, что же было особенного в обычном парне, невысоком и щуплом, с вечно растрепанными волосами и дерзким взглядом. Тем не менее, это что-то было, и оно пробуждало в циничном, угрюмом мужчине неведомое доселе чувство, от которого сладко ныло внизу живота. Опасное чувство, несущее смерть… Но такое невыносимо прекрасное!
Снейп застонал в подушку, а затем, откинувшись на спину, расхохотался. Не он ли полчаса назад рассказывал о том, что смерть - естественное продолжение жизни и бояться ее глупо?! Так почему же сейчас он покрывается холодным липким потом при мысли о том, что это может случиться с ним в самое ближайшее время?! Сколько раз ему хотелось умереть раньше, и сколько раз он был у последней черты - никогда еще ему так сильно не хотелось жить так, как сейчас.
Впервые Снейп не мог справиться с собственными мыслями и переключиться на что-то другое. Вспомнив легкое прикосновение мягких, теплых губ, он снова издал глухой стон, мучительно пытаясь загнать эти воспоминания подальше на периферию сознания.
Возможно, не все еще потеряно? Надо просто свести к минимуму любые встречи с Поттером. И больше никаких посиделок наедине! Вообще не приближаться самому и не позволять мальчишке приближаться к нему! Запретить себе даже думать о нем.
Обреченно вздохнув, Снейп поднялся с кровати и пошел искать снотворное.
Глава 7
Завтрак Гарри пропустил, измученный беспокойной ночью. Впрочем, выспаться ему все равно не удалось.
Проснулся он оттого, что кто-то самым бесцеремонным образом плюхнулся на постель, придавив его ногу своим задом, а затем начал тормошить, сопровождая эту пытку страшным шепотом:
- Гарри, просыпайся! Сколько дрыхнуть можно, самое интересное проспишь!
- Какого черта! - Гарри дернул конечностью в попытке освободить ее и с трудом разлепил глаза. - Рон, ты с ума сошел? Что ты делаешь? И встань, наконец, с моей ноги!
- Гарри, ты только посмотри на это! - Рон сунул ему под нос ворох свежих газет.
- А, это… - Гарри зевнул, - стало быть, я опять на первых полосах изданий. Ну, есть что-нибудь новенькое, чего обо мне не писали раньше?
- Если ты думаешь, что о тебе уже все написано, то сильно ошибаешься, - хохотнул Рон. - Знаешь, чем отличается оптимист от пессимиста?
- Да ну тебя, - Гарри недовольно мотнул головой.
- Так вот, такого ты еще не видел! А еще ты не видел, как Снейп подавился своей овсянкой и с каким выражением лица вылетел из-за стола!
- Хм… Ну-ка, дай сюда… - Гарри наконец-то выхватил из рук Рона газету, которой тот перед ним размахивал.
Первую страницу одной из газет украшала огромная фотография, на которой Гарри и Снейп были сфотографированы вместе во время интервью. Профессор с характерным для него выражением неприязни на мрачно сверлил взглядом всех, кто осмеливался посмотреть в его сторону. Кинув косой взгляд на сидящего рядом Поттера, он озабоченно нахмурился. Вид у Гарри действительно был немного диковатый, как будто он собирался что-то вытворить. Но в следующий момент изображение юноши на фотографии вздрогнуло и перевело вопросительный взгляд на Снейпа, который наклонился к нему и что-то прошептал на ухо. Со стороны это выглядело почти… интимно. Люди, не знающие профессора лично, вполне могли истолковать выражение его лица, в классе оповещавшее о приближающейся буре, как… доброжелательное.
Подпись под фотографией гласила:
"Какие отношения связывают Героя волшебного мира и раскаявшегося Упивающегося?"
Гарри почувствовал, что краска заливает его лицо при воспоминании о вчерашней выходке. Он старательно прикрылся от Рона газетой, подняв ее повыше, и стал читать дальше.
"Наш корреспондент, побывавший вчера на пресс-конференции, с риском для своего здоровья смог раздобыть эксклюзивный материал, которым мы и спешим поделиться с читателями. Интервью с мистером Шмыгало на второй странице".
С неприятным тянущим ощущением под ложечкой Гарри развернул газету. Взгляд быстро скользил по строчкам, выхватывая самое основное
…….
Кор.: Мистер Шмыгало, скажите пожалуйста, что за сенсацию вы приготовили для наших читателей?
Ш.: Знаете ли, насколько нам известно из рассказов тех, кто хорошо знает Гарри Поттера, у него всегда были плохие отношения с преподавателем зельеварения, бывшим Упивающимся, профессором Северусом Снейпом. Наблюдая за ними на вчерашней пресс-конференции, я не нашел подтверждения этому. Более того, у меня сложилось впечатление, что двух самых знаменитых на сегодняшний день героев связывают гораздо более теплые чувства, что прекрасно видно на фотографии, которую я успел сделать…
Гарри пробежал взглядом дальше
…застал их в коридоре в недвусмысленной позе… обнимал Гарри Поттера за плечи… разумеется он разозлился… ваш покорный слуга еле унес ноги… несмотря на угрозы счел, что читатели должны знать правду об истинной природе отношений…
Гарри раздраженно откинул газету в сторону, испытывая двойственное чувство: отвращения и понимания того, что, несмотря на ложные толкования событий, журналист оказался очень близок к истине. Во всяком случае в том, что касалось чувств Гарри.
- И как ты это объяснишь, приятель? - над газетой появилась напряженно-любопытная физиономия Рона.
- Ты что, веришь в эту ерунду?
- А фото?
- Ну, вообще-то я хотел сбежать… Это было так отвратительно. Вот тут, смотри… - Гарри дождался, когда его изображение вздрогнет, - Снейп как раз наступил мне на ногу…
- В его духе, - фыркнул Рон, продолжая сверлить друга подозрительным взглядом. - А что он тебе нашептывает?
- Вообще-то он сказал, чтобы я не делал глупостей.
- Гм… Возможно… А что насчет сценки в коридоре? Ты нам с Гермионой ничего не говорил.
- Не хотел расстраивать вас тем, что Снейп меня чуть не прикончил, - Гарри не нравилось, что его голос звучал так, будто он оправдывается, но ничего не мог поделать с этим. - Он решил, что я натравил на него журналистов и чуть не придушил меня за это.
- Ааа… Ну, судя по тому, что ты рассказывал, так оно и было, - на веснушчатом лице читалось облегчение.
- Теперь ты успокоился? - ехидно поинтересовался Поттер. - Теперь веришь, что Снейп не покушался на мою невинность?
Рон рассмеялся:
- Невинность? Ой, насмешил. Про невинность будешь рассказывать Чо и сестрам Патил. Ладно, невинный, хватит валяться. Идем на кухню, Добби сделает тебе завтрак, а потом поиграем в квиддич. Мадам Хуч позволила взять инвентарь.
*****
В течение следующих двух дней Гарри практически не видел Снейпа. Но даже когда их пути пересекались, профессор игнорировал Поттера. Лишь однажды, за обедом, Снейп послал Гарри убийственный взгляд и больше ни разу не взглянул в его сторону.
Юноша был только рад, потому что совершенно не представлял, как теперь вести себя со Снейпом. Он чувствовал себя глупо. Чем только Гарри думал, когда решил поцеловать Снейпа? Почему он не подумал о том, что на его порыв едва ли ответят взаимностью?
Засмотревшись на отточенные движения рук Мастера Зелий, - ни одного лишнего жеста, - легко управлявшегося со столовыми приборами, Гарри не глядя потыкал вилкой в собственную тарелку и очередной раз клацнул зубами по холодному металлу без признаков макарон на зубчиках. Пожалуй, так недолго и зубы сломать. С трудом оторвавшись от созерцания профессора, гриффиондорец наконец решил уделить внимание собственному ужину.
- Гарри, - Рон пихнул его в бок острым локтем, - ты весь вечер пялишься на преподавательский стол… Что там такого интересного?
- Да так, ничего, все в порядке, - рассеянно ответил Гарри, - там вазочка с пирожными…
- Вообще-то у тебя перед носом стоит точно такая же вазочка с такими же пирожными.
- Нет, Рон, - юноша печально вздохнул, - те пирожные гораздо вкуснее.
*****
Ближе к вечеру пятницы в Хогвартс начали прибывать первые гости. Оживленные голоса постепенно наполняли школу. В коридорах раздавались радостные вопли встретившихся после непродолжительной разлуки однокурсников, в гостиных всех четырех факультетов снова зазвучал смех, а в самых темных уголках замка раздавался осторожный шорох и звуки поцелуев. Вездесущий Аргус Филч, сопровождаемый миссис Норрис, то и дело вытаскивал из какого-нибудь закоулка неосторожную парочку, выдавшую себя слишком громким выражением чувств.
Это был самый кошмарный вечер для Гарри со времени пресс-конференции. По пути на ужин его еще в холле атаковали ученики всех факультетов. Каждый считал своим долгом подойти к нему, чтобы поздравить, поблагодарить, пожать руку, а еще лучше обнять и изо всех сил хлопнуть по спине. Девчонки, те, что оказались посмелее, выражали застенчивое восхищение и целовали в щечку, смущенно подрагивая ресницами. Гермиона только закатывала глаза, глядя на все это, а Рон ухмылялся и подмигивал.
Когда же всеобщий герой, наконец, добрался до входа в Большой Зал, какая-то маленькая рыжая бестия, воспользовавшись суматохой, попыталась отрезать у него клок волос. Это стало последней каплей. Гарри, красный от смущения, злости и помады, не выдержал и сбежал, позволив Рону и Гермионе прикрыть свое отступление.
Возвращаться в гриффиндорскую башню не хотелось.
Прислушавшись к голодному урчанию желудка - поужинать он так и не успел - юноша свернул в коридор, ведущий к кухне. Если уж выбирать между до невозможности назойливыми в своем стремлении угодить эльфами и готовыми разобрать тебя на сувениры студентами, то Гарри предпочитал первый вариант.
Добравшись до цели своего путешествия, Гарри вошел внутрь.
- Гарри Поттер, сэр! - раздался радостный писк. Лопоухое создание мгновенно материализовалось около гриффиндорца, преданно глядя на него огромными, навыкате глазами.
- Привет, Доб… профессор?! - Гарри застыл, изумленно уставившись на сидевшего за столом Снейпа, от неожиданности выронившего вилку. Профессор выглядел гораздо более злым, чем обычно.
- Поттер? Вы что, преследуете меня? - угрожающе прошипел он, приподнимаясь со стула.
- Вообще-то нет, - пробормотал Гарри, непроизвольно отступая назад.
- Тогда объясните, пожалуйста. Что. Вы. Здесь. Делаете?! - Снейп произносил каждое слово так, как будто из последних сил старался сдержать себя и не убить кого-нибудь.
Инстинкт самосохранения советовал хватать ноги в руки и уматывать подальше отсюда. И в то же время хотелось задержаться подольше и слушать этот голос, действовавший на юношу подобно песне сирены.
- Эээ… просто… очень кушать хочется, - Гарри злился сам на себя за то, что в присутствии этого человека терял способность нормально разговаривать, но ничего поделать с собой не мог.
- Почему же вы сейчас не в Большом зале? Насколько мне известно, там сейчас как раз… хм… кушают, - Снейп вопросительно приподнял бровь.
Гарри бросило в дрожь. Он вновь чувствовал на себе заинтересованно-изучающий взгляд, как в тот раз, когда пришел в подземелья к профессору босиком. На всякий случай он скосил глаза вниз. Ботинки были там, где им и полагается быть - на ногах.
- Видите ли, я только что оттуда и… В общем, кушает там только профессор Дамблдор. Ну… вы же знаете, директор всегда отличался хорошим аппетитом…
На какой-то миг Гарри показалось, что губы профессора дрогнули, как если бы он собирался ухмыльнуться, но уже в следующую секунду Снейп совладал с собой, снова став мрачнее тучи.
- Ладно, простите, что помешал, - сил на препирательства у Гарри не было, и он счел за лучшее уйти. Нет, он не сдавал позиции - это было тактическое отступление.
Уже в дверях юноша внезапно остановился:
- Профессор Снейп, а что ВЫ здесь делаете?
- А вы как думаете, Поттер? Наверное, в квиддич играю.
- Сбежали от поклонниц, да?
- Поттер, если вы сейчас же не уберетесь с глаз моих долой, я придушу вас собственными руками! - шипение, при помощи которого обычно изъяснялся Снейп, переросло в угрожающее рычание.
- Действительно, глупый вопрос, - пожал плечами Гарри, чуть помедлив на пороге, но, бросив взгляд на окончательно рассвирепевшего Снейпа, предпочел ретироваться.
Вернувшись в гриффиндорскую башню, Гарри понял причину странного взгляда Снейпа, когда случайно взглянул на себя в зеркало, висевшее на стене общей комнаты. По меньшей мере половина поздравлявших его девчонок не понаслышке знала, что такое косметика - его лицо было украшено помадой различных оттенков - от нежно-розового до терракотового. Чертыхнувшись, Поттер отправился умываться.
И вот, спустя полчаса, Гарри снова сидел в гостиной факультета, окруженный любопытными гриффиндорцами, голодный и злой. Его вытащили из спальни, несмотря на все попытки прикинуться спящим, и теперь со всех сторон сыпались вопросы, на которые он не хотел отвечать. Младшекурсники восхищенно ахали, старшекурсники хлопали по плечу и отпускали дурацкие реплики. Больше всего Гарри раздражали вопросы о Снейпе, которого иначе, как "слизеринским ублюдком", никто не называл. Да еще Колин Криви носился вокруг с фотоаппаратом и от слепящих вспышек у юноши перед глазами мельтешили ярко-белые точки в кроваво-красных ореолах.
Лишь ближе к полуночи, когда любопытство сокурсников до некоторой степени было удовлетворено, Рону с Гермионой удалось убедить гриффиндорцев, что Гарри устал и ему необходимо отдохнуть. Колина, увязавшегося за Героем Волшебного Мира в надежде сфотографировать его "на отдыхе", то есть в постели, пришлось выставлять из спальни пинками.
Упав на подушку, Гарри еще некоторое время не мог избавиться от ослепительных пятен, казалось, въевшихся в роговицу. Голоса звучали в ушах, сливаясь в сознании в сплошной гул. Постепенно милосердный сон окутал его, подарив несколько часов отдыха.
*****
- Гарри, посмотри, этот галстук подходит к этой мантии?
….
- Черт, где я умудрился посадить это пятно… Гарри, лучше молчи, если ты опять скажешь что-нибудь про слюнявчик, я тебя убью!
…
- Поттер, твою мать, сколько можно торчать в душе? А, слуш, тут сейчас Дин заглядывал, его в коридоре выловила Чо и пыталась выведать, с кем ты идешь на бал…
…
- Ну где же этот гребаный носок, он же только что лежал здесь… Гарри, ты не брал мой носок? … Да мало ли, зачем он тебе… И вовсе он не вонючий!
…
- Гарри, как ты думаешь, если я приглажу волосы гелем, то не буду выглядеть как девчонка? Что? Взять у Герм помаду? Зачем? Ах ты…
…
- А все же с кем ты идешь? Не ду-ууумал? Прости, Гарри, но я твой друг, и обязан сказать тебе всю правду. Ты дурак. Да, Гарри - ду-рак. Полный идиот! … Я говорю как Снейп??? Ты что, обидеть меня хочешь? Хотя… если подумать, не так уж он не прав… Оставь подушку, кретин, ты мне мантию помнешь!
*****
Предвкушение праздника, ощущавшееся в течение всего дня, после обеда достигло своего пика. Концентрация радостного возбуждения была настолько высокой, что, казалось, конденсировалась в загустевшем воздухе и неминуемо должна была пролиться на головы обитателей замка тягучими золотыми каплями.
Сам замок за последние дни совершенно преобразился. Всю неделю домовые эльфы трудились, не покладая лапок, и теперь Школа чародейства и волшебства предстала во всей красе. Полы, стены, потолки были вымыты, вычищены, избавлены от паутины, натерты полиролем, и теперь будто светились изнутри. Люстры искрились алмазным блеском. Коридоры были украшены тысячами блуждающих огоньков, хаотичные передвижения которых рисовали на стенах и потолках невероятные узоры, а временами образовывали целые потоки, закручивавшиеся в спирали или накатывавшие друг на друга волнами.
Картины, вычищенные, избавленные от наслоений вековой пыли и грязи, теперь больше походили не на художественные полотна, а на окна в другой мир, куда можно попасть, переступив через раму. Их обитатели выглядели особенно торжественно и взволнованно, благосклонно взирая на суетившихся в коридорах студентов.
Гарри, относительно элегантный и донельзя растерянный стоял у лестницы, ведущей в холл. Со времени Тремудрого турнира он совершенно забыл, что такое праздник с хогвартским размахом, и теперь не мог справиться с ощущением какого-то безрассудного счастья и одновременно щемящим чувством, сжимавшим грудь. Только сейчас он по-настоящему осознал, что Вольдеморта больше нет, годы страха и тьмы закончились, а сам он справился, выполнил свою миссию, - какая гора с плеч! - и теперь свободен. Хотелось смеяться и плакать. Гарри глубоко вдохнул, на миг прикрыв глаза.
Рядом, облокотившись о поручни, раздраженно вздохнул Рон. Они договорились встретиться здесь с Гермионой, и теперь ждали, время от времени поглядывая в сторону коридора, ведущего в гриффиндорскую гостиную. Мимо пробегали мальчишки, чинно ступая, проходили старшекурсники, проплывали стайки девчонок, за которыми неизменно следовало благоухавшее облачко парфюма. Несколько пар, встретившись под портретами, торжественно спускались вниз.
- Ну где же Гермиона! - нервничал Рон, беспрестанно крутя головой в разные стороны. - Девчонки любят заставлять ждать себя!
- Раньше не замечал за ней такого… - Гарри как зачарованный следил за передвижениями лестниц, сверкающих отполированными перилами. Как он мог так быстро привыкнуть к этому зрелищу, что последние несколько лет не замечал всю необычность и красоту скольжения по воздуху громоздких конструкций?
- Может что-то случилось? Но она предупредила бы меня. А тебе она ничего не говорила?
- Нет, Рон, не говорила.
В отличие от своего друга Гарри не испытывал беспокойства по поводу отсутствия Гермионы. Он был захвачен новыми мыслями и эмоциями, охватившими его, и просто наслаждался праздничной эйфорией, упивался самой мыслью о том, что сейчас он счастлив как никогда, и ловил каждый миг этого чудесного ощущения, чтобы навсегда запечатлеть его в своем сердце.
- Рон, Гарри! - голос запыхавшейся Гермионы раздался не с той (раздельно) упс)) стороны, откуда ее ждали. Ребята резко развернулись.
- Герм! Ты же… ты… ты передумала? Я не понимаю… - Рон изумленно взирал на подругу, одетую в повседневную мантию и с "вороньим гнездом" на голове.
- Рон, прости, я буду готова через полчаса… Гарри! Я нашла!
- Что нашла?! - Гарри был удивлен не меньше рыжеволосого приятеля.
- Я разгадала тайну Снейпа! Я знаю, кто он такой! Гарри, это невероятно! Извини, сейчас некогда объяснять, на это нужно время. Поговорим после бала. Рон, прости, я действительно не могла уйти из библиотеки, когда обнаружила это! Мне необходимо было все проверить! Ладно, вы идите, сейчас начнется торжественное открытие бала, я подойду позже!
Все это девушка выпалила на одном дыхании. Возбужденно блестевшие глаза и выступивший на щеках яркий румянец говорили о том, что Гермиона на самом деле обнаружила нечто важное. Но как бы любопытство ни терзало Гарри, сейчас действительно было не время и не место для разговора о Снейпе.
Чмокнув Рона в нос (куда попала - туда попала), Гермиона стремительно унеслась по направлению к гриффиндорской башне, оставив друзей в полном недоумении.
- Соплохвоста за яйца! - выругался Рон. - Я ее тут жду… мы ее ждем, а она, оказывается, про Снейпа что-то там выясняет!
- Забей, - философски заметил Гарри. - Если у тебя серьезные планы в отношении Герм, то начинай привыкать прямо сейчас.
- Я еще подумаю, может, стоит эти планы подкорректировать, - проворчал Рон, направляясь к лестнице.
*****
Праздник оказался не так и плох. Нет, черт побери, он был просто великолепен. За исключением первого часа. Сначала пришлось пережить торжественную речь Дамблдора, когда внимание всех присутствующих было приковано к Гарри и профессору Снейпу. Единственное, что утешало Поттера, так это то, что Мастеру Зелий происходящее нравилось ничуть не больше. Ученики перешептывались, скептически поглядывая на Снейпа. Очевидно, все были единодушны в том, что статус героя едва ли повлияет на характер самого грозного преподавателя. После новой порции поздравлений и восторгов бал был торжественно открыт, и Гарри смог вздохнуть с облегчением, когда всеобщее внимание переключилось на Альбуса Дамблдора и Минерву МакГонагалл, торжественно закружившихся в танце. Вскоре к ним присоединились и другие пары.
К моменту появления Гермионы Гарри и Рон дожевывали по второму бутерброду. Несмотря на поспешные сборы, двушка выглядела великолепно. Рон с восхищением разглядывал вырез ее праздничной мантии, недостаточно большой, чтобы можно было назвать его неприличным, но прекрасно подчеркивающий изящную линию ключиц и оставлявший простор для воображения. Бросив бутерброд, Рон потащил подругу танцевать.
Гарри, оставшись один, меланхолично отбивался от робких, но частых попыток пригласить его на танец. Танцевать он не любил. Восстановившееся настроение чуть не испортила Чо Чэнг, попытавшаяся проверить на Золотом Мальчике сокрушительную силу своих женских чар. Избавиться от нее Гарри удалось только после того, как с преувеличенно-наивным выражением лица он поинтересовался, не опасается ли Чо, что после их беседы он повторит попытку броситься с астрономической башни. Вспыхнув, девушка развернулась и поспешила затеряться в праздничной толпе.
В следующий момент на плечо Гарри легла рука, слегка приобняв его.
- К тебе не пробиться. Все так жаждут пообщаться с тобой, что скоро для того, чтобы поздороваться, придется записываться на прием за месяц.
- Шон! Я тебя не видел, думал, ты не приехал.
- Ну что ты, как можно пропустить такое! Чествование нашего Героя!
- И ты туда же? - Гарри скорчил кислую мину.
Рослый рейвенкловец рассмеялся и присел на стул Рона.
- Ты почему не танцуешь?
- Тебя ждал.
- О, я польщен.
- Что у нас тут за междусобойчик? - взлохмаченная голова просунулась между Гарри и Шоном.
- В чем дело, Дин? Ревнуешь? - Гарри ухмыльнулся.
- А то как же. Вас только оставь наедине!
- Если память мне не изменяет, это не я отбил молодого человека у своего друга! - Гарри подвинулся, позволяя Дину Томасу расположиться между ним и рейвенкловцем на стуле, вытащенном из-за соседнего столика.
Вечер становился все веселее. Теперь Гарри не скучал в одиночестве, когда Рон с Гермионой, немного передохнув, убегали танцевать. Да и девчонки перестали докучать, стесняясь подойти к Поттеру, постоянно находившемуся в компании приятелей. Впрочем, Гарри не смог отказать Джинни. Девушка просто светилась, кружась по залу с самым популярным парнем школы под завистливыми взглядами менее удачливых подруг. После того, как она переросла свою детскую влюбленность, они стали хорошими друзьями. Гарри находил удовольствие в общении с сестрой Рона, превратившейся за последние два года в настоящую красавицу с пытливым умом и острым язычком, что выгодно отличало ее от брата.
Между тем вечер разгорался. Официальность, характерная для начала бала, растворилась в атмосфере всеобщего веселья и непринужденности. После танцев были устроены всевозможные игры и конкурсы. Затем снова начались танцы уже под "живую" музыку - на импровизированном подиуме, трансфигурированном МакГонагалл из принесенного кем-то из учительской журнала за прошлый семестр, расположились музыканты группы "Полный улет". Роль светомузыки выполняли блуждающие огоньки.
Под зажигательные кельтские танцы "Полного улета" ребята протоптали дорожку к заветному столику в конце зала с установленной на нем огромной чашей с пуншем. Пунш предназначался только для преподавательского состава и выпускников. Остальные ученики довольствовались более легкими напитками - сливочным пивом. Стоит ли упоминать, что чудесный напиток способствовал поднятию и укреплению хорошего настроения.
Взгляд Гарри задумчиво блуждал по залу, то и дело возвращаясь к группке беседующих преподавателей, когда перед его носом со звоном опустились две дымящиеся кружки. Дин Томас вернулся с очередной порцией пунша. Они остались за столиком вдвоем - Рон с Гермионой исчезли в неизвестном направлении уже минут двадцать назад, а голубоглазый рейвенкловец отлучился по своим делам.
- Ну и как ты пережил это стихийное бедствие? - Дин кивнул в сторону декана Слизерина.
В течение всего вечера Гарри неосознанно искал взглядом Снейпа. Несколько раз, не обнаружив его среди учителей, Гарри начинал нервничать. Мысль о том, что Снейп ушел с праздника, отчего-то огорчала. И лишь появление мрачной фигуры с чуть сутулыми плечами восстанавливало душевное равновесие.
- Когда он не учит, то вполне даже сносен, - осторожно ответил Гарри.
- По-моему, он придерживается того же мнения о тебе, - фыркнул Дин.
- Что ты имеешь в виду?
- Он весь вечер смотрит на тебя.
Гарри постарался не показать свое волнение, охватившее его при этих словах.
- Ну и шутки у тебя.
- Между прочим, он ничего так. Если бы не мерзкий характер…
Гарри не мог скрыть своего изумления:
- Дин, я правильно понял твои слова? Ты сказал, что Снейп ничего? И это после…
- Не будь занудой, Поттер, - перебил его Дин. - Я уже сказал, у него мерзкий характер и как преподаватель он просто ужасен. Но в остальном… Готов поспорить, у него классная задница. Ты только посмотри, как он двигается… Кстати, я заметил, что ты тоже на него пялишься.
Гарри уткнулся лбом в стол.
- Дин, скажи, это так очевидно? - мученически простонал он.
- Вообще-то не очень, но я-то знаю тебя уже семь лет. Так ты что, действительно в него влюбился?
- Не знаю… Возможно, - Гарри залился румянцем и снова закрыл лицо ладонями.
- Хм… Сочувствую, дружище. Но, думаю, шанс у тебя есть.
- Шанс? Ты сумасшедший. Он меня чуть не убил, когда… - Гарри понял, что ляпнул лишнее и предпочел заткнуться. Определенно пунш сделал свое дело, развязав всем языки.
- Когда что? - Дин заинтересованно уставился на друга.
- Ничего. Так что ты говорил?
- Значит, не хочешь признаваться? Ну и черт с тобой. Просто Снейп выглядел, мягко говоря, недовольным, когда Джинни сидела у тебя на коленях.
- Тебе показалось. Он всегда злой, это его обычное состояние - нахмурился Гарри, стараясь унять забившееся в груди сердце.
- Да? - ехидно отозвался Дин. - Может, мне показалось, что когда вы с ней пили на брудершафт, он расплескал пунш на мантию Трелони и, судя по выражению лица Хагрида, нахамил ему?! Думаю, в следующем году уроки зелий для Джинни станут незабываемыми.
*****
Гарри чувствовал себя большим и добрым, как Хагрид. Ему хотелось обнять весь мир и громко крикнуть, что он всех любит. Пунш разливался по телу приятным теплом, отзываясь во всех членах сладкой истомой. Предчувствие чего-то замечательного кружило голову.
Гарри прихлебнул из кружки и откинулся на спинку стула, бросив беглый взгляд из-под ресниц в сторону Снейпа. Слова Дина не давали ему покоя, и он начал осторожно следить за профессором. Пару раз гриффиндорец действительно перехватил его взгляд, но Снейп тут же отворачивался, делая вид, что смотрит на что-то другое.
- Эй, п-приятель, ты с нами?
Рон помахал у Гарри перед носом рукой, пытаясь привлечь его внимание. Из-за плеча Уизли выглянула Гермиона:
- Гарри, с т-тобой все в порядке? - поинтересовалась она, тщательно выговаривая слова и пытаясь изобразить на лице озабоченность, никак не сочетавшуюся со счастливой улыбкой.
- Все отлично, - радостно заявил Гарри. В очередной раз взглянув в сторону веселящихся преподавателей, он увидел, что Снейп направляется к столику с пуншем.
- Ну, расс так, мы… Ч-черт, Гарри, ты что делаешь?! Это же моя кружка!
Гарри не знал, что заставило его так действовать, но он резко поднялся и, вылив остатки горячительного напитка из своего стакана в попавшийся под руку стакан Рона, он быстро, насколько ему позволяла несколько нарушенная координация движений, направился к другой стороне зала.
*****
Декан Слизерина уже собирался положить черпак, когда за его спиной раздался до боли знакомый голос:
- Профессор Снейп, не будете ли вы так любезны налить мне тоже?
Снейп зачерпнул дымящейся ароматной жидкости и развернулся.
- Будьте осторожны с этим напитком, Поттер, - произнес он, наполняя протянутую ему кружку, - у меня нет никакого желания тратить сегодняшнюю ночь на приведение в чувство не рассчитавших свои силы детей и отпаивать их протрезвителем.
- Я уже не ребенок! - возмутился Гарри.
- Ну разумеется. Что вы наглядно продемонстрировали несколько дней назад, вернувшись из Хогсмида.
- Тогда был… хм… особый случай.
- Если память меня не подводит, у вас каждый случай особый. Иначе вы не продержались бы в этой школе и года.
- О да, вашими стараниями… - заметив, что глаза Снейпа опасно блеснули, Гарри решил не развивать свою мысль. - И все же я закончил Хогвартс, и через несколько дней покину его. Вы счастливы, профессор?
- Не выразить словами, насколько.
Мужчины пристально глядели друг другу в глаза, будто испытывая один другого, пытаясь найти слабину, брешь в обороне. Никто не хотел первым отводить взгляд.
- И вы совсем не будете скучать по мне? - Гарри вопросительно округлил глаза. Определенно, пунш придал ему нахальства. Разглядывая собеседника, он даже успел подумать, что открыл секрет гриффиндорской храбрости, которая прямо пропорциональна количеству принятого на грудь.
- С чего бы вдруг? - приподнятая бровь и насмешливое выражение в очередной раз заставили Гарри почувствовать себя дураком.
- Ну как же, с кого вы теперь будете снимать баллы?
- Не беспокойтесь, Поттер, для этого у меня в распоряжении целых семь курсов Гриффиндора.
- Вам некого будет ловить по ночам, - еле сдерживая ухмылку, продолжил юноша.
- Наконец-то у меня появится возможность выспаться.
Гарри не выдержал и рассмеялся, прервав затянувшийся зрительный контакт. Ну и что с того, что Снейп его переглядел? Есть вещи и поважнее. Например… Гарри с трудом отвел взгляд от скривившихся в саркастической усмешке губ. Не хватало только сейчас все испортить. Снейп вел себя, как будто не было того поцелуя. Вот и не стоит напоминать ему об этом сейчас. В любом случае, извиняться Гарри не собирался - извиняться нужно, только если раскаиваешься в содеянном.
- А я буду скучать по вам, - посерьезнев, произнес юноша. Чувство легкой эйфории кружило голову, и слова слетали с губ легко и естественно.
Глаза Снейпа удивленно расширились и тут же снова сузились. Подозрительность во взгляде тут же сменилась равнодушием и холодом.
- Нисколько в этом не сомневаюсь. Кто же кроме меня напомнит вам, какой вы тупица?!
Гарри обиженно зыркнул на профессора, но промолчал, уткнувшись в стакан с пуншем. Отхлебнув, он издал одобрительное мычание.
- Вкусно. Гораздо лучше, чем огневиски.
- Надо полагать, - фыркнул Снейп.
- И лучше, чем ваш коньяк или что вы там пьете?
- Поттер, что вы скажете, если вас попросят сравнить сладкое и соленое?
- Ну… сладкое я люблю больше.
- То есть вы не будете возражать, если завтра домовые эльфы подсластят вам суп, вместо того, чтобы посолить?
- Это разные вещи! Так нечестно, вы уходите от ответа на вопрос!
- Нет, Поттер, это то же самое.
- У вас странная логика.
- Вы не знакомы с понятием логики, у вас она отсутствует совершенно.
Несмотря на недовольное выражение, не сходившее с лица Мастера Зелий, Гарри казалось, что тот вовсе не спешит избавиться от его компании. Пожалуй, оба они испытывали определенное удовольствие от этой перепалки.
- Как вам нравится сегодняшний праздник?
Снейп презрительно хмыкнул.
- Вопрос не ко мне. Всегда считал подобные мероприятия пустой тратой времени.
- Но разве вам не весело?! Нельзя же целыми днями сидеть, зарывшись в книги или согнувшись над котлом. Каждому человеку нужно отдохнуть и расслабиться, разве не так?
- Поттер, определенно, эта порция пунша была для вас лишней. Ваш рот не закрывается ни на секунду.
Гарри и сам понимал, что поток словоизлияний иначе как словесным поносом назвать было нельзя, но ничего поделать с собой не мог.
- Я бы с удовольствием послушал вас, профессор, но ведь вы ничего не говорите.
- Я придерживаюсь старой мудрости, молчание - золото.
- О, в таком случае, вы, должно быть, самый богатый человек на планете.
- Ваше остроумие просто убийственно, Поттер.
- И все же, вы не ответили, неужели вам не нравится? Только честно, - добавил Гарри, глядя на презрительную гримасу, исказившую тонкие черты лица Снейпа.
- Ну хорошо, - Снейп закатил глаза, - праздник неплох. Теперь вы оставите меня в покое?
- Едва ли. За все эти годы впервые мне представилась возможность немного подоставать вас.
- Уверяю вас, если вы не прекратите испытывать мое терпение, эта возможность может стать последней в вашей жизни.
- Гарри? Северус?
Гарри мысленно выругался, увидев перед собой своего декана с обеспокоенным выражением на лице, где совершенно отчетливо читалось опасение, что эти двое сейчас поубивают друг друга.
- Профессор МакГонагалл, мы как раз говорили с профессором Снейпом о том, что праздник просто замечательный, - Гарри поспешил успокоить ее в надежде, что она их покинет, убедившись, что все в порядке. Но не тут-то было.
- О да! - лицо женщины просветлело. - Это один из самых замечательных праздников на моей памяти. Только не могу поверить, что Северус с этим согласился, - добавила она, с улыбкой взглянув на хмурого слизеринца. Гарри ухмыльнулся, заметив, как Снейп закатил глаза с мученическим видом. - Северус, могу я тебя попросить… - МакГонагалл протянула пустую кружку из под пунша. Снейп с недовольным видом повернулся к чаше.
- Но он действительно согласился, правда, профессор Снейп?
- Поттер… - зашипел Снейп, сжав в кулаке черпак, но закончить фразу не успел.
- Что здесь происходит? - мадам Хуч бесцеремонно протиснулась между МакГонагалл и Снейпом. - Северус, эти двое гриффиндорцев тебя обижают? - в подозрительно ярко блестевших глазах преподавательницы плясали веселые чертики.
Гарри услышал сдавленное "О, нет!"
- Ксиомена, ты не поверишь! Северус согласился с тем, что сегодняшний праздник великолепен!
- Минерва, ты серьезно? Наверное, небеса упали на землю и кентавры перестали глазеть на звезды! - мадам Хуч осушила свой бокал и протянула его Снейпу: - Северус, ты ближе всех стоишь к чаше, налей-ка мне еще пунша.
- Всегда к вашим услугам, - едко отозвался Снейп, но на это никто не обратил внимания.
"Они, наверное, привыкли к его сарказму, - думал Гарри, наблюдая, как Снейп наполняет кружку мадам Хуч", - поэтому и не реагируют. А может… может…" Гарри удивился этой мысли. А может, они не реагируют потому, что он не со зла? Просто он не может по-другому?
- И мне, Северус.
Гарри повернул голову на тонкий голосок. Профессор Флитвик был слишком мал, чтобы самостоятельно достать до чаши.
- Профессор Снейп сегодня на раздаче, - тихо прокомментировал Гарри.
МакГонагалл фыркнула, мадам Хуч громко расхохоталась, Флитвик тоненько засмеялся.
- Повторите, Поттер, что вы сказали? - Снейп развернулся с грозным видом.
Но его перебила мадам Хуч, бесцеремонно выхватив бокал из рук слизеринца и протянув Флитвику:
- Филиус, ты слышал, Северус признал при свидетелях, что ему понравился сегодняшний праздник.
- Ничего подобного, - возмутился Снейп, - я всего лишь сказал, что праздник неплох!
- Но ведь это одно и то же! - безапелляционным тоном возразила мадам Хуч.
- Неужели, Северус? Не могу поверить! - Флитвик заулыбался во весь рот.
Как ни весело было смотреть на Снейпа, отбивавшегося от коллег, но все же Гарри предпочел бы остаться с ним вдвоем. Однако избавиться от преподавателей не было никакой возможности. Кроме того, Гарри заметил отчаянно жестикулирующих Рона и Дина.
Гарри извинился и направился к друзьям.
- Гарри, что Снейпу было нужно от тебя? Ты уже закончил Хогвартс, а он все никак успокоиться не может?
- Рон, все в порядке, просто надо было кое-что обсудить.
Дин за спиной Уизли заговорщически подмигнул Гарри.
- А, ну ладно. Слушай, мы с Герм пойдем прогуляемся, так что ты тут за Джинни присмотри, а то мне не нравится, как она смотрит на того урода, - Рон ткнул пальцем в сторону смазливого хаффлпаффца.
*****
В зале стало просторней. Младшекурсников развели по комнатам еще полчаса назад, а старшекурсники постепенно начали разбиваться на парочки, которые, немного потанцевав, испарялись в неизвестном направлении.
Гарри понял, что окончательно съезжает с катушек, когда, сделав пару кругов с Джинни и поймав взгляд Снейпа, который трактовал как недовольный, решил, что ему это нравится. И сам пригласил на танец пробегавшую мимо шестикурсницу из Рейвенкло. Осчастливленная девушка забыла обо всем на свете. Весь танец она прижималась к Гарри достаточно развитой для ее возраста грудью и смеялась, закидывая голову и демонстрируя нежную шейку.
Взглянув на профессора, Поттер констатировал, что тот стал мрачнее тучи. Заметив, что на него смотрят, Снейп тут же отвернулся к МакГонагалл и как следует приложился к бокалу. Гарри ухмыльнулся и направился к столику. Жизнь засверкала перед ним новыми гранями, казалось, все границы, делавшие что-либо невозможным, рухнули.
- Эй, ты не видел Дина? - Шон остановил Гарри, схватив за локоть.
- Минут пять назад где-то тут пробегал. Кажется, тебя искал.
- А, ну ладно. Подожду его тут.
Ребята уселись за столик. Вечер был таким замечательным! И Шон был так близко, что Гарри слышал запах его одеколона и кожи. Они болтали о всякой ерунде, когда Гарри почувствовал, что нога Шона прижимается к его ноге.
- Гарри, - голос Шона зазвучал более хрипло, - знаешь, я скучал по тебе.
- Но ты... - гриффиндорец немного растерялся от такого напора. Почувствовав руку Шона на своем бедре, он дернулся: - Что ты делаешь? Ты же теперь с Дином.
- Ты сам виноват. Мне нужно было всего лишь немного внимания.
Рука Шона поднялась выше, к паху Гарри, и тот прикрыл глаза, чувствуя зарождающееся где-то внутри возбуждение.
- Шон, не надо…
В следующий миг горячий рот накрыл его губы, и слова потонули в поцелуе.
- Гарри, идем отсюда, - пробормотал Шон, оторвавшись от юноши. - Не стоит так шокировать преподавателей.
Преподавателей.
На мгновение сердце Гарри замерло, а по телу прокатилась холодная волна, распространяя неприятное ощущение от макушки до пяток. Он резко повернулся и увидел Снейпа, пристально смотревшего на него. Профессор в этот миг больше походил на демона. Гордая осанка и скрещенные на груди руки, взгляд исподлобья, а в глазах - ярость, презрение и боль.
На секунду встретившись взглядом с Поттером, Снейп развернулся и стремительно покинул зал.
- Ну же, идем, Гарри - юноша почувствовал, как его настойчиво тянут за руку.
- Шон, что ты наделал… Что я наделал… - Гарри резко отдернул руку. - Извини, я не могу.
С этими словами Поттер вылетел из внезапно ставшего душным помещения, оставив рейвенкловца в полном недоумении и растерянности.
Глава 8
Гарри плохо понимал, что он делает, но взгляд Снейпа, перед тем, как он ушел с праздника, перевернул в нем все. Оказывается, все было так близко, так возможно… Гарри показалось, что он протрезвел от такого открытия.
Он бежал по коридорам как на автопилоте, не замечая, куда сворачивает. Только бы еще было возможно все исправить!
Лестница вниз… коридор, поворот, еще поворот, тут осторожней - три ступеньки, снова коридор.
Наконец, Гарри уткнулся в знакомую дверь. Он что было мочи забарабанил по ней кулаками. Гулкое эхо разносило звук по мрачным коридорам, усиливая его в несколько раз. Дверь оставалась закрытой. Поттер в бессильной ярости начали пинать ее ногой, бормоча вслух бессвязное "Открой… от меня… так просто… не отделаешься!". Гарри почти не сомневался, что сейчас снова получит по морде и будет выставлен вон, но совладать со своими желаниями не мог. Изрядная доза алкоголя сделала мир проще, призывая действовать сообразно инстинктам и меньше задумываться.
Через несколько минут дверь распахнулась.
- Поттер, что вы себе позволяете! - черные глаза гневно сверкали.
- Нам… надо… поговорить… - задыхаясь, произнес юноша и попытался войти.
Снейп не сдвинулся с места, опершись одной рукой на косяк и загораживая собой проход:
- У меня нет никакого желания заниматься с вами пустой болтовней.
- А чем вы хотели бы заняться со мной? - Гарри приблизился к нему вплотную, так, что их плечи соприкоснулись, дерзко глядя в глаза мужчины:
Снейп резко дернулся, отстраняясь от юноши, чем тот не замедлил воспользоваться, проскользнув в комнату.
- Поттер, - угрожающе зашипел профессор, - я требую, чтобы вы немедленно покинули помещение.
- Я хотел поговорить, объяснить… но раз вы не хотите…
Гарри шагнул к мужчине и, крепко прижавшись к нему, поцеловал в губы.
- Поттер! - Снейп оторвал от себя наглеца. Про себя юноша отметил, что это было менее грубо, чем прошлый раз. - Вы думаете, что все должны упасть к вашим ногам только потому, что вы победили Темного Лорда?
- Вы слишком глубоко мыслите, профессор, - пробормотал Поттер, пытаясь обнять отбивающегося мужчину. - Я вообще не думаю - мне нечем.
С минуту Снейп удивленно смотрел на юношу, пытаясь понять, что тот сказал, затем схватился за голову и простонал:
- Мееерлин! Ну за что мне это?!
- Как за что? - возмутился вконец распоясавшийся парень, сообразив, что выставлять пинком за дверь его не собираются. Во всяком случае, пока. - Ваши заслуги должны быть вознаграждены!
- Вы соображаете, что делаете? - Снейпу наконец удалось отстраниться. Раздраженно одернув мантию, он прошипел: - Хорошо, Поттер, говорите, что хотели, и выметайтесь вон.
Гарри шагнул поближе. Снейп отступил. Гарри решил, что пока сойдет и так.
- Я хотел сказать, это не то, что вы подумали… - красноречивый взгляд Мастера Зелий заставил его покраснеть. - Эээ… ну я, то есть… в общем… Ну, у нас с Шоном давно ничего нет. Он сам полез ко мне.
- Приберегите свои жалкие объяснения для кого-нибудь другого, мне нет никакого дела до вашей личной жизни.
- Да? А почему тогда вы ушли с праздника? - Гарри снова шагнул к профессору. Тот снова отступил.
- Вы приняли это на свой счет? Мило. Я вам говорил, Поттер, что ненавижу праздники. Я устал. У меня разболелась голова. Я не обязан вам отчитываться! - Снейп продолжал пятиться от наступавшего на него юноши, пока не уперся в стол.
Голодный взгляд гриффиндорца, близость его молодого горячего тела и ослабленное действием алкоголя сопротивление собственного разума и совести заставляли профессора постепенно терять контроль над собой.
Когда губы Гарри снова прикоснулись к его, он некоторое время еще держался, упрямо отказываясь впустить настойчивый язык, но затем сдался.
"Если бы все поражения были так же прекрасны, как это" - было последней связной мыслью Снейпа.
****
Это было так странно: целовать такие желанные губы и не чувствовать ответа. Гарри едва подавил стон разочарования и с поистине гриффиндорским упорством продолжил свои неумелые ласки. Он пытался посасывать губы профессора, как это делал с ним Шон, но они оставались по-прежнему плотно сжатыми и неподатливыми. Тогда он начал их облизывать, пытаясь раздвинуть языком. То, что Снейп до сих пор его не оттолкнул, подбадривало и заставляло продолжать попытки.
Наконец, мужчина судорожно вздохнул, а затем, взяв лицо Гарри обеими руками, поцеловал его по-настоящему.
О! Это не имело ничего общего с нежными, легкими поцелуями девчонок и торопливо-жадными - парней. Снейп целовал его с неспешностью истинного гурмана, пробующего на вкус изысканный деликатес. Гарри прикрыл глаза. Мир тут же завертелся, затягивая его в темный водоворот, тело налилось тяжестью. Гарри покачнулся и, крепче вцепившись в плечи профессора, открыл глаза. Водоворот исчез. Перед собой он увидел лицо Снейпа с невидящим взглядом, затуманенным желанием. "На хрена надо было столько пить? - пронеслось в голове. - Надеюсь, я не настолько пьян, чтобы отключиться в самый интересный момент".
Дыхание перехватило. Гарри снова потянулся к узким губам, прижавшись к мужчине всем телом. Он чувствовал, как сильные руки поглаживают его спину и спускаются ниже. Когда пальцы стиснули его бедра, Гарри со всем юношеским пылом подался вперед. Снейп чуть покачнулся и отступил.
- Дьявол… Не дергайся так, ты меня чуть не уронил.
Несмотря на застилавшую разум пелену, Гарри осознал, насколько невероятно было все происходящее. Он не сдержал смешок. А затем почувствовал, что его поворачивают, куда-то тянут, приподнимают. Смысл всех этих действий гриффиндорец осознал, только когда оказался сидящим на столе.
Юноша закинул голову, подставив шею под горячие поцелуи профессора. "А Шону далеко до… Идиотизм! О чем я думаю?!". Гарри снова прильнул к Снейпу, обхватив его ногами. Почувствовав твердость, вжавшуюся в его пах, юноша издал слабый стон. Черт-черт-черт! Сколько можно?! Он желал получить это тело прямо сейчас, он не хотел ждать! И как же мешает эта одежда!
Гарри дернул мантию Снейпа, тот недовольно рыкнул, но все же скинул ее с плеч.
- Может, тут есть что-то типа кровати, - пробормотал Гарри, - а то я себе весь копчик отсидел…
- С тобой одни проблемы, - Снейп стащил его со стола и подтолкнул в сторону двери в дальнем углу комнаты.
В комнате Снейп словно пришел в себя:
- Что я делаю… - выдавил он сквозь зубы, отталкивая юношу. - Поттер, я вынужден извиниться. Тебе лучше уйти. Сейчас же!
- Ы-ы, - энергично помотал головой гриффиндорец, снова обнимая вяло сопротивляющегося профессора. - Мы же оба этого хотим.
- Оба? И как вы пришли к такому выводу, молодой человек? - он все еще пытался говорить с сарказмом.
- Ты смотрел… на меня… весь вечер, не отрицай… я знаю, - пробормотал Поттер, целуя профессора в шею со страстью, вполне возмещавшей неуклюжесть его ласк. - И я прекрасно почувствовал твою реакцию… - он скользнул рукой к паху Снейпа, слегка сжав наглядное доказательство своих слов. Снейп охнул.
- Дьявол! - сопротивление профессора было практически сломлено. - Ты пьян…
- Не настолько, чтобы не понимать, что я делаю.
Терпение гриффиндорца на этом иссякло. Он начал судорожно расстегивать рубашку Снейпа, издавая недовольное мычание, когда очередная пуговица не хотела вылезать из своей петельки. Сломавшись на четвертой пуговице, Гарри дернул рубашку.
- Поттер, твою... Я бы попросил не рвать мою одежду! - раздраженно зашипел Снейп. Отстранившись, он скинул с себя рубашку и швырнул ее на стул.
- Мммм… - ответил юноша, потянувшись к обнаженному торсу.
- Ну что за нетерпеливое создание! - закатил глаза Снейп, отцепив от себя сопротивляющегося Поттера.
Гарри собирался возмутиться, но, почувствовав, что его раздевают, передумал. Через минуту они упали на кровать, полностью обнаженные.
Оба слишком сильно желали этого, чтобы действовать медленно, растягивая удовольствие. В их ласках не было и намека на неспешное, почти ленивое исследование тела партнера. Гарри лихорадочно гладил Снейпа, спеша впитать ладонями мягкость теплой кожи, ее фактуру, все впадинки и шероховатости, будто это был первый и последний раз в его жизни. Погладив выступающую косточку бедра, он опустил руку еще ниже и сжал возбужденную плоть. Гарри прикрыл глаза, представив, как этот стальной стержень, такой обманчиво нежный и бархатистый на ощупь, врывается в его тело. Картинка была настолько яркой, что Гарри застонал, закусив губу. В следующий момент Снейп бесцеремонно перевернул его на живот.
Поцеловав Гарри между лопаток, он с силой сжал бедра юноши и, зарывшись носом в непослушные волосы у основания шеи, судорожно вздохнул. Затем, торопливыми поцелуями сбежал вниз по спине. Гарри извивался в его руках, не в силах ничего сказать, но пытаясь показать своими действиями, что желает большего. Каждый раз, когда рука Снейпа скользила к внутренний стороне бедра, Гарри задерживал дыхание в немом предвкушении наслаждения, но рука снова исчезала. Юноша в нетерпеливо приподнимал бедра и пытался шире раздвинуть ноги, но вес мужчины, придавивший его сверху, не позволял сделать этого.
Гарри протестующе замычал. Снейп фыркнул и спустился ниже. Сжав бедра юноши еще крепче, он провел языком по ложбинке между упругими полушариями. Гарри нетерпеливо дернулся. Северус издал смешок и наконец смилостивился. Чуть приподнявшись, он развел бедра юноши и устроился между ними поудобней.
Прикосновение губ к нежной коже, вызывало целый рой мурашек, пробежавшихся по всему телу, отчего все волоски приподнялись дыбом. Гарри застонал в голос, когда почувствовал, как горячий, влажный язык ласкает тугое колечко мускулов и проникает внутрь. Возбуждение было таким сильным, что он начал ерзать бедрами по кровати, пытаясь дать желаемый контакт хоть с чем-нибудь своему жаждущему члену.
Снейп остановился.
- Приподнимись - хрипло приказал он, помогая Гарри встать на колени, а затем, нажав на плечи, дал понять, что Гарри следует опустить голову на руки.
Юноша издал полувздох-полустон. В этой позе он чувствовал себя совершенно открытым и беззащитным, что возбуждало его еще больше. Но его голодный, налившийся кровью член снова оказался без внимания. Тем временем Снейп перекатился к краю кровати и загромыхал дверцей тумбочки. Сердце Гарри сладко заныло, он догадался, что это могло означать. Те несколько секунд, пока Снейп не прикасался к нему, показались вечностью, заставляя юношу поскуливать от нетерпения. Впрочем, все эти мысли вылетели из головы, когда Гарри почувствовал сначала прикосновение горячих губ к ягодицам, а затем длинный прохладный от смазки палец, скользнувший внутрь. Когда добавился второй палец, Гарри не выдержал и, пытаясь удержать равновесие на одной руке, другой потянулся к требующему внимания члену. За что получил чувствительный шлепок по мягкому месту и почти грубое проникновение сразу трех пальцев. Гарри стонал в голос, подаваясь навстречу трахающим его пальцам.
- Я больше не могу… - жалобно всхлипнул он. - Пожалуйста…
Снейп издал короткое рычание и придвинулся к Гарри, раздвигая его ягодицы.
Грубый толчок заставил юношу вскрикнуть.
- Тихо, расслабься, - пробормотал Снейп, поглаживая спину и бедра юноши, - дыши глубже и успокойся.
- Ты… ты слишком большой, - задыхаясь, произнес Гарри, пытаясь справиться с охватившей его паникой.
- Мне прекра…
- Нет! - воскликнул Гарри прежде, чем Снейп успел договорить.
- Поттер, ты меня с ума сведешь!
- Этого я и добиваюсь, - Гарри хихикнул.
- Либо ты сейчас же заткнешься, либо вылетишь из моей постели.
Гарри закусил губу, сдерживая очередное дурацкое замечание. Извернувшись, он ухватил руку Сейпа и поцеловал ее.
- Мерлин, что за ребячество! - недовольно проворчал Снейп, но то, что недовольство было наигранным, Гарри понял, когда мужчина наклонился к его спине, чтобы обнять, и чмокнул в выступающий позвонок. В следующий момент Северус почувствовал, что оседает вниз и через секунду оказался лежащим на вытянувшемся на животе юноше.
- Я не могу, я устал, - пробормотал Гарри, давясь смехом.
Снейп закатил глаза и приподнялся, пока окончательно не задавил юношу своим весом. Гриффиндорец тут же перевернулся на спину и обнял его за шею.
- Только не выгоняй меня, - зашептал он, прижимаясь к Северусу всем телом - я больше не буду, я сделаю все, как ты скажешь…
Снейп не успел ничего ответить, потому что в следующий момент его страстно поцеловали. Разве можно было устоять перед таким напором?!
Когда поцелуй прервался, они оба тяжело дышали. Отстранившись, Северус закинул ноги юноши себе на плечи.
- Расслабься, не сопротивляйся мне. Ты готов?
Гарри облизал пересохшие губы и кивнул.
Через несколько толчков Гарри перестал ощущать дискомфорт, полностью сосредоточившись на волнах наслаждения, распространявшихся по телу с каждым новым ударом. Он не слышал ни своих вскриков, ни сдавленных стонов Северуса. Он мог только чувствовать и видеть. Чувствовать движения члена в своей заднице, которые заставляли подаваться навстречу каждому новому проникновению. Видеть бездонные глаза, наполненные яростным пламенем, приоткрытые губы, судорожно втягивающие воздух, отчаянно бьющуюся жилку на виске и стекающую капельку пота…
Следующий толчок погрузил Гарри в пучину оргазма. Мир еще не прекратил вертеться перед глазами яркими разноцветными точками, когда Северус вдавил его своей тяжестью в матрас и глухо зарычал, уткнувшись ему в шею.
Через несколько секунд упоительного экстаза и невероятного чувства единения мужчина выскользнул и улегся рядом.
У Гарри дрожали руки и ноги, а тело наполнилось приятной тяжестью. Потершись носом о плечо любовника, он чуть не расплакался от нахлынувшего чувства нежности, когда Северус обнял его.
- Надо помыться, - подал голос Снейп, не двигаясь.
- Угу, - Гарри прижался к нему еще крепче, закинув ногу на любовника.
- Иди первый.
- А может, очищающее заклинание?
- И кто же вас научил этому, молодой человек? - слегка насмешливо. А затем: - За палочкой все равно идти надо.
- Моя где-то тут, в мантии… Куда ты мою мантию дел? - сонно.
- Дьявол, с тобой одни проблемы, Поттер!
- Повторяешься… Буду очень признателен вам, сэр, если вы начнете называть меня по имени, - ехидно.
- Поттер… - кряхтя в попытках дотянуться до мантии, валяющейся на полу - черт… убери с меня ногу…
*****
Гарри проснулся от ноющей головной боли. Ужасно хотелось пить. Открыв глаза, он не сразу понял, где находится. Затем события вчерашнего вечера начали постепенно восстанавливаться. Гарри покосился на спящего рядом человека - профессора Снейпа… Северуса.
Северус лежал на животе, обхватив руками подушку. Спутанные волосы наполовину скрывали его лицо. Было заметно, как движутся глазные яблоки под закрытыми веками - очевидно, ему снился сон. Выражение лица было на удивление расслабленным, а дыхание ровным и спокойным.
Вздохнув, Гарри осторожно, чтобы не потревожить любовника, поднялся, и вышел в соседнюю комнату. Он подумывал о том, чтобы позвать Добби, но боялся, что тот своим пронзительным голосом разбудит Северуса. К счастью, на столике рядом с креслом Гарри обнаружил графин с тыквенным соком. Напившись, он вылил остатки сока в стакан и вернулся в комнату.
Гарри на цыпочках вошел в спальню, придерживая дверь, чтобы не скрипнула, и сразу почувствовал: что-то изменилось. Он прислушался. Так и есть, дыхание Снейпа стало слишком ровным и тихим, а в его позе появилось напряжение.
Гарри подошел к кровати. Он не знал, как себя вести и что говорить, поэтому присел на краешек и спросил:
- Пить будешь?
Снейп неохотно повернулся, приподнялся на локте и издал хриплое "Угу". Жадно выпив сок, Северус удовлетворенно откинулся на спинку кровати. "Странно получается, - думал Гарри, глядя на сухощавую фигуру, во всех движениях которой сквозили скованность и настороженность. - Вообще-то это он должен сейчас обо мне заботиться… Ну, учитывая возраст, опыт и все такое… Только, похоже, мне придется стать взрослее, чем он".
Гарри забрал из рук Снейпа стакан, на миг прикоснувшись к теплой коже, и поставил его на тумбочку. Если бы голова поменьше болела, а во рту не воняло так, как будто там нагадили кошки, Гарри поцеловал бы любовника. Вместо этого он спросил:
- Ты не против, если я воспользуюсь твоей ванной?
- Да, конечно, полотенце в шкафу на верхней полке, - ничего не выражающим голосом ответил Снейп.
Гарри стоял под душем и думал, что теперь делать. То, что Снейп не выгнал его сразу, как только проснулся, уже было хорошо. Но он не мог не почувствовать натянутость и напряжение. Похоже, Снейп сам не знал, как реагировать на то, что между ними произошло.
Вздохнув, Гарри выключил воду. Обернув полотенце вокруг бедер, он вернулся в спальню.
- На, выпей это… Мне тоже нужно принять душ, - хрипло пробормотал Снейп, и, сунув Гарри стакан с мутной жидкостью, заперся в ванной комнате.
"Наверное, от похмелья", - подумал Гарри. Поморщившись, он выпил зелье и забрался на кровать. В конце концов, почему он должен уходить, тем более, что его пока не выгоняют? Зная Снейпа и помня, как неохотно он шел на сближение, юноша предположил, что им придется обсудить все, что между ними случилось. Головная боль незаметно прошла.
Через пятнадцать минут дверь распахнулась и Снейп, одетый в банный халат, вышел еще более мрачный, чем обычно.
- Поттер, ты здесь? - казалось, он немного удивился.
- А куда же я денусь, - пожал плечами Гарри.
Снейп вздохнул и, подойдя к кровати, уселся на самый край.
- Гарри, - мягко произнес он. Гарри вздрогнул, таким тоном Снейп с ним еще никогда не разговаривал, - Я должен извиниться перед тобой. Вчера мы оба были пьяны и плохо соображали, что делали… Это, конечно, не снимает с меня ответственности. Я не должен был… не должен был так поступать с тобой.
- Тебе не понравилось? Я был так плох? - меланхолично поинтересовался юноша.
- Нет, не в этом дело. Просто мы не должны были это делать. И… боюсь, я был груб с тобой.
- Я ни о чем не жалею, - Гарри подобрался поближе и обнял профессора сзади, прижавшись к его спине. Мужчина вздрогнул. - Не жалею и не собираюсь жалеть. Все было замечательно… Северус.
Гарри поцеловал его в шею.
- Если честно, я был бы не против все повторить, - прошептал он в ухо Снейпу, затем обвел раковинку языком и слегка прикусил мочку.
Снейп зашипел, но слегка наклонил голову, открыв более удобный доступ к шее. Поттер тут же воспользовался этим, начав энергично целовать и облизывать ее..
- Гарри…
Гарри перебрался из-за спины профессора на край кровати, и потянулся к губам любовника.
*****
Снейп практически потерял всю волю к сопротивлению еще прошлым вечером. Да и как можно было сопротивляться этим сладким губам и этому юному телу, так доверчиво и с такой нежностью льнущего к нему…
Гарри слез с кровати и устроился на коленях между бедер Снейпа. Вопросительно взглянув ему в глаза, юноша распахнул полы халата и поцеловал бледную кожу. Северус прикрыл глаза, чувствуя, как горячий язык скользит по обнаженной груди вниз с юношеским нетерпением, обводит впадинку пупка и устремляется еще ниже…
Взяв в руку пока еще вялый член мужчины, Гарри прикоснулся к нему губами.
Действия Поттера были торопливы и неопытны, но его энтузиазм, желание доставить Северусу удовольствие были дороже самых изысканных ласк. Снейп взглянул вниз и задохнулся - зрелище Поттера, расположившегося у него между ног и старательно сосущего его член, чертовски возбуждало. Запустив пальцы в густые, непослушные пряди, Северус начал направлять его движения, задавая необходимый ритм.
Когда мужчина выгнулся, со стоном изливаясь в горячую глотку, Гарри чуть не подавился. Он вырвался из сдерживающих его рук и с трудом отдышался, судорожно хватая ртом воздух.
- Прости, - прошептал он, положив голову на бедро Северуса. - у меня не очень получается…
- Все хорошо. Иди сюда.
Снейп приподнял Гарри, усадив его к себе на колени, и приник к его губам, слизывая горьковато-соленый вкус.
Об угрызениях совести было забыто окончательно, когда Северус почувствовал растущее возбуждение юноши под его ласками. Сегодня он позволил себе быть более мягким и нежным, как бы извиняясь за торопливый горячечный секс прошлой ночью. Уложив юношу на спину и откинув в сторону совсем сползшее с бедер полотенце, Северус дарил ему неторопливые ласки, полные чувственности и истомы, и упиваясь тем, с какой отзывчивостью Гарри принимал их.
Сумеречная тишина нарушалась только поскрипыванием кровати и тихими, сдавленными стонами. Мягкие, неторопливые толчки постепенно подводили к той грани, за которой мир рассыпался, превращая прошлое в горстку жухлых осенних листьев.
Потом некоторое время они нежились в объятьях друг друга, обмениваясь ленивыми поцелуями.
- Как думаешь, сколько времени? - спросил Гарри приподнимаясь на локте, - у тебя здесь невозможно понять даже, какое сейчас время суток.
- Думаю, на завтрак мы опоздали.
- Вот черт, Рон с Гермионой будут беспокоиться, - Гарри спустил ноги с кровати и начал шарить на тумбочке в поисках очков.
- Да, мистер Поттер, вам нужно было хорошенько подумать, прежде чем остаться здесь на ночь.
Профессор Снейп неожиданно разозлился. Он понимал, что не имеет права на обиду, захлестнувшую его против доводов рассудка, но ничего не мог с этим поделать. Слова Гарри моментально напомнили ему, что он - никто в жизни Поттера, что сейчас мальчишка вернется к своим друзьям и забудет эту ночь как сон в полупьяном бреду. Снейп резко поднялся с постели и, нашарив халат, накинул его.
- Эй, что случилось? - Гарри удивленно посмотрел на любовника.
- Полагаю, ничего, за исключением того, что я переспал со своим учеником, а вас заждались друзья, которые с нетерпением ждут подробностей ваших похождений.
Гарри тяжело вздохнул.
- Во-первых, я уже не являюсь твоим учеником. Во-вторых, я не собираюсь делиться подробностями этой ночи с кем бы то ни было. В третьих… эээ… - Гарри запнулся, и заговорил медленнее, тщательно подбирая слова - я пока не уверен, что готов афишировать наши отношения, но это не означает, что эта ночь была случайной.
Взглянув на вопросительно поднявшего бровь Снейпа, Гарри смутился.
- Ты, наверное, тоже еще не готов… Ну, то есть, я хотел сказать, что может немного позже, когда мы привыкнем друг к другу… Но если ты хочешь… - мысли Гарри сбились окончательно и он замолчал.
- Поттер, ты когда-нибудь думаешь, что говоришь?
- И что же я сказал? - обиделся Поттер.
- Ты собираешься взять на себя обязательства, которые тебе не нужны. Говоря более доступным для тебя языком, ты сам пытаешься влезть в дерьмо, - запахнув халат, Снейп направился в сторону ванной.
После этих слов Гарри испытал облегчение: Снейп не был против их отношений, просто он был неуверен в том, что их близость не просто прихоть избалованного всеобщим вниманием мальчишки.
- Не смей так говорить о наших отношениях, - подскочил Поттер, вприпрыжку, как был нагишом, подбегая к двери в ванную комнату. - И, кстати, сегодня вечером я загляну к тебе, - добавил он, захлопывая дверь перед носом ошарашенного Снейпа.
- Поттер! Вообще-то я был первым! - возмущенно воскликнул профессор.
Дверь приоткрылась и в проеме показалась взлохмаченная голова.
- Ну если ты так настаиваешь, мы можем принять душ вместе.
Глава 9
- Гарри, где ты был? Мы искали тебя! - Гермиона набросилась на Поттера, стоило ему переступить порог гостиной Гриффиндора.
- Герм, не ты ли меня учила, что задавать такие вопросы некорректно? - тут же встрял Рон, подмигнув другу.
- Да ладно, мне совершенно безразлично, с кем ты развлекался всю ночь, просто нам скоро уезжать, а я еще не рассказала тебе про Снейпа!
- Про Снейпа? - Гарри на секунду застыл. Теперь он вспомнил, что перед балом Гермиона действительно что-то об этом говорила. - И что со Снейпом?
Оглянувшись и подозрительно осмотрев опухшие и недовольные жизнью физиономии гриффиндорцев, потихоньку сползавшихся в гостиную, девушка поинтересовалась:
- Вы не хотите прогуляться?
Ребята забрались в один из пустующих классов.
- Ну что у тебя, выкладывай. Судя по выражению твоего лица, это что-то серьезное, - произнес Гарри, стараясь унять предательскую дрожь в голосе.
- Не представляешь, насколько!
Тяжелый том упал на колени Поттеру.
"Книга редких морских существ".
- И? При чем тут это?
- Открой пятьсот тридцать девятую страницу.
Рон заглянул через плечо друга, сопя ему в ухо:
- "Русалки". Ну? И что?
- При чем тут русалки и Снейп? - пробормотал Гарри, страшась внятно оформить мысль, рождавшуюся в голове.
- Гарри, извини, но иногда ты тормозишь по-страшному. Помнишь, ты рассказывал о странностях Снейпа? Тогда я перерыла всю Хогвартскую библиотеку в поисках заклинаний и зелий, но ничего не нашла.
В глазах Гарри появилось понимание и ужас. Рон продолжал непонимающе пялиться на друзей.
- Ты хочешь сказать, что Снейп…
- Вот именно, Гарри, Снейп не пользовался ни заклинаниями, ни зельями. Они ему не нужны, потому что он - русал. Или, возможно, полурусал. Точно не уверена, поскольку полурусалы встречаются крайне редко.
- Но это невозможно! А почему же тогда он без хвоста? - воскликнул Рон.
- Действительно, почему?
- Не смешите меня. Между прочим, мы проходили русалок на шестом курсе! Среди них есть виды, правда, достаточно редко встречающиеся, у которых есть ноги. К ним относятся, в частности, вилы или вейлы, ундины, сирены.
- Что-то припоминаю, - на лице Рона была заметна тяжелая умственная работа, - Точно! Я еще удивлялся, почему сирены относятся к русалкам, если русалки - это рыбы, а сирены - птицы.
- Рон! - возмущению Гермионы не было предела. - Русалки - это не рыбы, а сирены - не птицы! Хотя у них и есть некоторые черты сходства в строении тела, но ты должен понимать, что…
- Герм, мы все поняли, - у Гарри перед глазами все плыло, ему казалось, что происходящее сейчас нереально. Такого просто не могло быть! - Ты лучше скажи, почему ты думаешь, что Снейп - русалка?
- Во-первых, то, что ты рассказал о своем спасении. Русалки великолепно плавают и могут развивать большую скорость. Даже если у Снейпа были в роду люди, он все равно мог унаследовать это качество. Во-вторых, только так я смогла объяснить то, что он может долго находиться под водой без воздействия зелий или магии.
- Это, наверное, какая-то ошибка… Я тогда действительно плохо понимал, что происходит. - Гарри цеплялся за последнюю надежду, хотя понимал, что Гермиона не стала бы говорить ему об этом, если бы не была уверена в своих словах на сто пятьдесят процентов.
- И кто же он тогда? Сирена? Или, может, вейла? - веселился Рон, не замечая настроения своего друга. - Ой, не могу! Снейп вейла… Ой, держите меня семеро!
На миг Гарри не удержался и рассеянно ухмыльнулся. Снейп в облике вейлы, прекрасной и соблазнительной - зрелище не для слабонервных. Хотя… Вспомнив деликатные прикосновения его рук, чувственность губ, пьянящий аромат кожи, Гарри снова нахмурился.
- Рон! - одернула Гермиона друга. - Так вот. Изучив классификацию известных науке видов русалок - это около двух десятков - я пришла к выводу, что Снейп относится к ундинам.
Гермиона быстро пролистала энциклопедию, открыв ее на нужной странице, а затем продолжила тоном лектора:
- Название "ундина" произошло от латинского "унда" - "вода". Самые первые сведения об ундинах содержатся в мифологии германских народов, издревле считавших их духами воды. Ундины - красавицы с роскошными волосами, прекрасно сложенные, длинноногие…
Рон громко фыркнул.
- Снейп - красавец? С роскошными волосами?
- Во-первых, Рон, Снейп очень интересный мужчина, и ноги у него действительно длинные! - раздраженно рявкнула Гермиона. Рон ошарашено взглянул на нее, открыл рот, но не найдя подходящих слов, снова закрыл. - А во-вторых, что касается волос, думаю, в роду у Снейпа были люди, и существенная разница в геномном и протеомном строении человека и русалки дала такой результат. Слушайте дальше. По некоторым сведениям ундины обладают прекрасным голосом, которым заслушивались люди, что выдает родственное отношение ундин с сиренами, но в отличие от тех же сирен и других близких родственниц - наре - они не использовали это качество на погибель людям, чтобы заманить их в воду и утопить. И надеюсь, Рон, ты не будешь отрицать, что Снейп обладает завораживающим голосом, которым при желании сможет ввести человека в гипнотический транс.
- Что ты на меня наезжаешь? - обиженно буркнул Рон.
Гарри сидел с безучастным видом. Его разум понимал все, что говорила Гермиона, но отказывался это принять. Слова разносились в голове набатным колоколом. Он сжал кулаки так, что костяшки пальцев побелели.
- Вот еще. Характер, как правило, недружелюбный, по натуре одиночки - живут небольшими колониями исключительно из соображений безопасности, в остальном - каждый сам за себя. Крайне редко испытывают сердечные привязанности…
- Да уж, влюбленный Снейп - умереть - не встать! - прокомментировал рыжий приятель.
- … но если влюбляются, то раз и навсегда. Этим они схожи с другими полулюдьми, например, с оборотнями.
Голос Гермионы доносился до Гарри словно через слой ваты.
- … большинство русалок, которым довелось полюбить, гибнут от безответной любви… священный русалочий праздник Ивана Купалы… с первым лучом солнца…
Он поднялся и направился к выходу из класса.
- Гарри, с тобой все в порядке?
- Гарри? Что случилось?
…Подожди… Гарри, куда ты… Гарри… Объясни, что с тобой… Тебе плохо?... Гарри…
- Оставьте меня!!! - крикнул он, сжав виски и тряхнув головой, словно пытаясь избавиться от назойливых звенящих голосов, развернулся и бросился прочь по коридору.
*****
Северуса Снейпа не оставляло дурное предчувствие. Оно только усилилось, когда во время обеда он не увидел за столом Поттера. Его друзья-гриффиндорцы выглядели весьма обеспокоенными и почти не ели, вяло копаясь столовыми приборами в своих тарелках.
Ощущение приближающейся катастрофы переросло в уверенность, когда, вернувшись в свои подземелья, он обнаружил Гарри сидящего под дверью на корточках.
- Поттер? Что ты здесь делаешь? И почему отсутствовал на обеде? Твои друзья выглядели обеспокоенными.
- Может, войдем? - угрюмо буркнул Поттер.
- Что случилось? - профессор схватил юношу за плечи и рывком поставил на ноги.
- Уверен, ты не захочешь обсуждать это в коридоре, - ответил тот, вырываясь из его рук.
Снейп поджал губы и открыл дверь, пропуская гриффиндорца вперед.
Гарри не стал проходить в комнату. Он облокотился о стену рядом с дверью.
- Ты русал? Это правда? - спросил он, как только дверь закрылась.
Некогда холодное сердце профессора сделало кульбит и затрепыхалось где-то в желудке, однако на его лице не дрогнул ни один мускул.
- Да, это так, - бесстрастно подтвердил он, скрестив руки на груди, и пристально глядя на юношу.
Гарри не ожидал, что Снейп так легко признается, и теперь не знал, что сказать.
- Но как… Почему ты не сказал мне?
- Поттер, почему ты решили, что я должен был рассказать тебе об этом?
- Но… мы же… Как же?...
- Это что-то меняет? Ах, да, мистер Поттер, вы же занимались сексом с чудовищем, нелюдем! Как я мог упустить это из виду. Теперь вы, наверное, захотите узнать, подпадают ли наши отношения под определение зоофилии?
Гарри взглянул на Снейпа с ужасом. Снейп озвучил тревожные мысли, которые юноша пытался от себя отогнать. Русалки - не люди, как бы ни походили на них внешне. Это темные существа - такие же, как кентавры, сфинксы, оборотни…
Мысль об оборотнях немного успокоила Гарри. Как бы там ни было, а Люпин был для него, прежде всего, человеком. Может стоит попробовать относиться к Снейпу так же? Гарри глубоко вздохнул.
- Не говори так! Просто ты должен был сказать мне, я имел право знать. И я должен был узнать это от тебя, а не от кого-то другого. Тебе не кажется, что мы должны больше доверять друг другу?
Снейп фыркнул.
- Доверять? - ядовито процедил он. - Поттер, ты еще глупее, чем я предполагал - хотя такое уже невозможно - если считаешь, что я должен тебе доверять только потому, что вчера ты ворвался ко мне пьяный и, воспользовавшись тем, что я тоже был не слишком трезв, вынудил вступить с тобой в интимную связь!
- Что?! - Гарри задохнулся от обиды и возмущения. - Ты прекрасно знаешь, что это не так!
- Что именно не так, мистер Поттер? - холодно осведомился Снейп, перейдя на официальный тон. - Вы не врывались ко мне? Или вы были трезвы? А может, это я на вас накинулся? Хотелось бы также заметить, мистер Поттер, что я не давал вам никаких прав, позволяющих вмешиваться в мою личную жизнь. И я сам буду решать, кому и что говорить.
- Ты просто циничный ублюдок! - выкрикнул Гарри, едва сдерживаясь, чтобы не заехать кулаком в скривившееся в презрительной усмешке лицо. - Тебе насрать на чувства других людей, ты всегда думал только о себе!
- Мистер Поттер, я попросил бы вас прекратить истерику и покинуть мои комнаты, иначе мне придется успокоить вас другим способом, - неуловимым движением Снейп выхватил палочку и, распахнув дверь, посторонился.
Последний раз зло взглянув на профессора, Поттер вылетел вон.
Глава 10
- Северус, ты уверен?
- Более чем.
- Ты действительно… испытываешь такие чувства к…
Резко вскинув голову, он устремляет пристальный взгляд на растерянное лицо собеседника.
- Господин директор, кому, как не вам, знать, что у меня нет привычки так шутить.
- Да, извини. Может, есть какой-то выход?
Мужчина снова опускает голову, глядя на свои руки с нервно переплетенными пальцами.
- Выход только один, и вы прекрасно знаете, что это невозможно.
- Но ты говорил с ним? Он знает?
- Нет, это ничего не даст.
- Можно попыта…
- НЕТ! - резко. И затем более спокойным тоном: - Для этого нужны искренние чувства.
- Но…
- Вы прекрасно знаете этих гриффиндорцев, готовых принять на себя грехи всего мира. Он до конца жизни будет винить себя.
Пауза.
- Никто не должен знать. Я не хочу, чтобы кто-то знал. Считайте, это моя последняя воля.
- Мне так жаль, Северус…
*****
Гарри мрачно ковырялся вилкой в тарелке, даже не пытаясь создать видимость, что ест. Вот уже неделя прошла с того злополучного дня, когда он узнал о сущности Снейпа и умудрился поругаться с ним.
Десятки раз перебирая в памяти разговор, он пришел к выводу, что кое в чем Снейп был прав. Доверие - не та вещь, которая возникает автоматически при попадании двух субъектов в одну постель. Гарри ничем не заслужил права так грубо вторгаться в личную жизнь Снейпа, требуя разделить все его тайны. И у них было слишком мало времени.
Пару раз у юноши появлялась мысль спуститься в подземелья, чтобы извиниться перед Снейпом, но обида еще не прошла полностью. Слова слизеринца ранили слишком больно. Кроме того, Гарри не был уверен, что встретившись они не поругаются еще сильнее - Снейпу ничего не стоило довести человека до бешенства. Поэтому гриффиндорец предпочел повременить с визитом, чтобы дать время остыть им обоим.
А если Северус все же выгонит его… Что тут поделаешь. Через несколько дней, по всей вероятности, Гарри придется покинуть Хогвартс: Дамблдор сейчас подыскивал ему жилье, так как возвращаться к Дарсли Гарри наотрез отказался, а своего дома у него не было. Наверное, Снейп обрадуется, когда Гарри исчезнет из его жизни. "Может тогда он наконец-то выползет из своих подземелий", - думал юноша, мрачно обозревая сидевших за обеденным столом преподавателей: с того самого дня Снейп ни разу не появился в Общем Зале.
- Гарри, ты не заболел? - мадам Помфри пристально взглянула на него. - Ты неважно выглядишь.
- Спасибо, все хорошо.
- Если тебя что-то беспокоит, ты можешь зайти ко мне.
- Не волнуйтесь, со мной действительно все в порядке, просто… немного скучаю по друзьям, - соврал Гарри.
Мадам Помфри неодобрительно покачала головой, судя по выражению лица, не очень-то поверив в его слова. Сейчас Гарри с радостью покинул бы Большой Зал и закрылся бы в своей комнате, подальше от назойливой заботы окружающих. Однако вызывать еще большее подозрение учителей, и без того обеспокоено на него косившихся, не хотелось.
Услышав звук распахиваемой двери, Гарри вздрогнул и обернулся, в глубине души надеясь, что это будет ОН. Несмотря на обиду, юноша поймал себя на мысли, что ему безумно хочется увидеть Снейпа.
Но это был Дамблдор. Гарри с трудом подавил вздох разочарования, снова уткнувшись носом в тарелку. Он настолько погрузился в свои мысли, что пропустил мимо ушей первые слова директора, выйдя из состояния прострации, только уловив краем сознания "профессор Снейп".
- … профессор Снейп вынужден покинуть нас. С сегодняшнего дня я займусь поиском нового преподавателя Зелий.
Второй раз за две недели Гарри почувствовал, как почва уходит из под ног, а мир вокруг него рушится. "Как?" - хотел спросить он, но лишь беззвучно открыл рот, не издав ни звука.
- Никогда бы не подумала, что Северус решит оставить Хогвартс, - недоуменно воскликнула МакГонагалл. - Альбус, что-то случилось?
- Кажется, он получил интересное предложение от одной лаборатории в Мексике, занимающейся изучением ядов. Северус всегда мечтал заниматься исследовательской работой, и я не могу его удерживать здесь, когда ему представился такой шанс.
Гарри озадаченно посмотрел на директора, впервые заметив, каким уставшим и бесконечно старым он сейчас выглядел. Дамблдор взглянул на Гарри и поспешно отвел взгляд.
"Он все знает про нас, - пронеслось в голове. - Он все знает и врет. Снейп уезжает из-за меня…"
- Простите, - Гарри резко встал из-за стола, зацепив ногой стул сидевшего рядом профессора Флитвика, отчего тот чуть не свалился на пол. Поспешно выскочив из Зала, юноша во весь опор бросился к лестнице, ведущей в подземелья.
*****
Профессор Снейп перебирал пергаменты, раскладывая их на несколько стопок: в первую он складывал документы, которые нужно было передать Дамблдору; во вторую - материалы, отчеты и конспекты, которые могли пригодиться в будущем его преемнику; и в третью, самую большую стопку - бумаги личного характера и ненужные старые пергаменты, которые можно было уничтожить.
Когда в глазах начало рябить, а проглядывать испещренные ровным мелким почерком свитки пергамента пришлось по нескольку раз, прежде чем понять, о чем в них говорится, профессор Снейп позволил себе передохнуть. Позвав домового эльфа, он распорядился принести кофе. Не прошло и минуты, как нескладное существо с испуганно подергивающимися ушами вернулось с подносом, распространявшим вокруг аромат свежесваренного кофе. Проигнорировав сахар и сливки, профессор налил себе из кофейника крепкой до горечи жидкости и откинулся на спинку стула.
"Кто мог подумать, что все так закончится" - подумал Северус Снейп, и криво усмехнулся, заметив, что его рука дрожит. Нет, это был не страх. За последние несколько дней, прошедшие с тех пор, как он выгнал Поттера, он успел примириться с неизбежным. Страх и паника сменились равнодушием и апатией. Дрожь была вызвана тем, что в последние дни он практически не ел, зато кофе поглощал литрами. Кофеин на некоторое время прояснял мозг и вызывал нездоровое эмоциональное возбуждение, растекаясь по телу горячими волнами недолговременной энергии.
Глотая обжигающий напиток, Северус соображал, что еще необходимо успеть сделать: отдать свои книги мадам Пинс, разобрать вещи… Хотя с вещами все было проще: больше они ему не понадобятся, можно выкинуть все.
Перед глазами появился непрошеный образ Поттера, потеснив мысли об ожидающих его делах. Может, зря он так поступил с мальчишкой? Хотя Поттер и был по-гриффиндорски прямолинеен и глуп, наивно полагая, что Снейп обязан перед ним отчитываться, но все же он был искренен. Снейп издал стон и помотал головой, в надежде избавиться от непрошенных воспоминаний о жадных губах, гладкой коже, об остром наслаждении, которое он испытывал… "Стоп!" - приказал себе Снейп и, налив еще кофе, залпом выпил его, не чувствуя вкуса.
Возможно, Поттер действительно так и считал, когда сказал, что та ночь не была случайной. И кто знает, возможно, у Снейпа был шанс, один-единственный шанс на тысячу… Возможно даже, Снейп был неправ, так грубо наорав на гриффиндорца. Внутри зашевелилось сожаление и чувство вины.
"До чего ты дошел, - одернул себя Северус. - Цепляясь за жизнь, ты готов юлить и унижаться перед каким-то мальчишкой. Нет уж, имей смелость умереть достойно".
Тяжело вздохнув, он отодвинул пустую чашку и потянулся к бумагам.
*****
Дверь открылась на удивление быстро. При виде посетителя на лице Мастера Зелий появилось удивление, сменившееся некоторым беспокойством.
- Поттер? Не ожидал.
- Жизнь однообразно сюрпризит, не так ли, профессор?
В тусклом свете зачарованных огоньков было заметно, как осунулось лицо Снейпа, а в глазах появился нездоровый блеск. Гарри захотелось провести пальцами по острому выступу скулы, стереть поцелуями полукружия теней под глазами, прикоснуться губами к прозрачной коже на виске, а потом спуститься к шее, наполовину скрытой высоким воротничком мантии…
Но сначала им нужно было поговорить.
Шагнув внутрь, Гарри вновь облокотился на стену, как во время их последнего разговора. Он ожидал, что Снейп поприветствует его обычным язвительным вопросом о том, что он здесь забыл, но профессор, одарив гостя бесстрастным взглядом, молча вернулся к прерванному занятию - сортировке оставшейся стопки документов.
- Итак, ты уезжаешь? - наконец произнес гриффиндорец, глядя, как ловко пальцы Снейпа распрямляют скручивающиеся концы пергамента.
- Да.
- Почему?
- Не твое дело, Поттер.
- Да ты просто сбегаешь! - взорвался Гарри.
Снейп резко развернулся, отбросив бумаги.
- Ты, глупый, имбецильный мальчишка! То, что ты узнал, кто я на самом деле, не сделало тебя умнее!
- Ты думаешь, что я всем расскажу? Что поступлю с тобой так, как ты поступил с Люпином?
- Мне нет дела до того, собираешься ты кому-то об этом рассказывать или нет! - прошипел Снейп.
- Конечно тебе нет дела - ты бессердечный! Ты вообще не способен ни на какие чувства, ведь так?
- Не тебе судить, на что я способен! - глаза Снейпа сверкали бешенством. - А теперь убирайся, у меня слишком мало времени, чтобы тратить его на никчемные разговоры с тобой!
Подойдя к камину, Мастер Зелий с такой злостью швырнул туда ненужные пергаменты, что часть свитков рассыпалась по полу.
- Черт побери, почему с тобой нельзя поговорить спокойно, не поругавшись при этом!
Снейп тяжело вздохнул.
- Тебе лучше уйти.
Уже закрывая дверь, он на миг застыл и, взглянув на Поттера, тихо произнес:
- Прощай, Гарри.
*****
Несколько минут юноша стоял в ступоре, глядя на тяжелую дубовую дверь, закрывшуюся перед его носом, потом тяжело вздохнул и поплелся в гриффиндорскую башню. На душе было тяжело и беспокойно.
Гарри не мог отделаться от смутного ощущения, что он упустил что-то важное. Юноша снова и снова прокручивал в памяти последние события.
Когда он пришел к Снейпу, тот наводил порядок в бумагах. Странно, что он не складывал в сундук те, которые собрался забрать, как делал Гарри перед поездкой в Хогвартс. Или как Локхарт, собиравшийся сбежать. Или как Люпин, когда тот уезжал из школы после разоблачения. Сундука поблизости не было. Да и вообще не было похоже на то, что Снейп собирает вещи - он просто наводил порядок, сжигая в камине то, что уже не понадобится.
- Ты становишься параноиком, - сказал сам себе Гарри, провалившись одной ногой в исчезающую ступеньку.
Жаль, сейчас не было рядом Гермионы, с которой можно посоветоваться, и Рона, всегда готового поддержать его.
Глава 11.
Гарри не мог уснуть, как и в ту ночь, когда впервые поцеловал Снейпа. Он ворочался с одного бока на другой, но никак не мог удобно устроиться. Простыни давно сбились, и грубые складки неприятно впивались в ставшую вдруг невыносимо чувствительной кожу. Душный летний воздух колыхался почти ощутимой вязкой массой, не позволявшей дышать полной грудью.
Почему Снейп так обошелся с ним? Гарри нутром чувствовал, что профессор испытывает к нему что-то: ту теплоту, которая появилась между ними, невозможно было скрыть показным равнодушием и раздражительностью. Скорее, было похоже на то, что Снейп пытался скрыть свои чувства и неуверенность за привычной маской холодности и безразличия.
"Ты видишь то, что тебе хотелось бы видеть" - горько усмехнулся Гарри и повернулся на другой бок, обхватив подушку руками.
Сон по-прежнему не шел.
То, что хотел бы видеть? А почему, собственно, его так волнует, испытывает ли Снейп к нему какие-то чувства или нет? Может, стоит взглянуть правде в глаза и признаться себе самому в своем истинном отношении к Снейпу? Да, несомненно, Снейп - не самая приятная личность, и все же с ним было чертовски здорово. Временами Гарри даже испытывал удовольствие от их перепалок, если они не носили явно оскорбительный характер. И потом, после того, что им пришлось пережить, они начали понимать друг друга. Им не обязательно было говорить об этом вслух. Одного жеста, одного взгляда было достаточно для того, чтобы понять, о чем думает другой, что чувствует. Было в этом что-то… интимное, связь, которая возникает между родственными душами.
И, кроме того, была та ночь… Нежность, страсть и ощущение, что они нужны друг другу. Нет, каким бы хорошим актером ни был Снейп, а сыграть эти чувства не смог бы даже он. Тем более, что русал, "крайне недружелюбный" (так, кажется, говорила Гермиона?), не стал бы разыгрывать чувства, которых у него нет - он был слишком искренним в своей прямолинейности.
Но тогда выходит… Гарри стало не по себе. Выходит, Снейп испытывает к нему… скажем, привязанность? А то, что он оттолкнул Гарри от себя, можно легко объяснить - он сомневался в чувствах Гарри. И те слова, когда Снейп назвал себя нелюдем…
"Мерлин! Он же всю жизнь ненавидел себя за это. И Люпина он ненавидел за то, что тот тоже был "нелюдем", но, в отличие от Снейпа, нашел в себе силы не закрыться от этого мира, не ожесточиться, был человечнее многих людей".
Гарри лихорадочно соображал. Где-то в глубине души он чувствовал, что упускает что-то важное. Очень важное.
Итак, допустим, Снейп испытывает к нему теплые чувства, но оттолкнул от себя, потому что не хотел давить на Гарри, дал ему время разобраться в себе. Время. Черт, Снейп с ним попрощался. Обычно люди не прощаются после страстной ночи только из-за неуверенности в чувствах партнера, не попытавшись даже выяснить их. Он мог сказать "До свидания, Поттер" или просто молча выставить его вон, как обычно и происходило. Но он сказал "Прощай, Гарри".
Юноше казалось, что его голова готова расколоться. Он сел на край кровати и потянулся за графином с водой. Налив немного в ладонь, ополоснул лицо. Несколько капель стекли на грудь, оставляя приятно холодящие дорожки. Прохладная вода на некоторое время подарила облегчение. "Глупости все это - пронеслось в голове, - Гермиона сказала, что русалки не испытывают сердечных привязанностей".
Да, именно так она и говорила: по характеру русалки одиночки и крайне редко испытывают сердечные привязанности. И еще что-то там связанное с праздником Ивана Купалы. Дьявол! С чего Снейпу понадобилось прощаться с ним? И что это за дурацкий русалочий праздник?
Вдруг Гарри похолодел… Несмотря на летнюю духоту, по телу цепкими ледяными лапками пробежали мурашки. Там было что-то о неразделенной любви. А еще пару дней назад за обедом Хагрид обмолвился, что надо быть осторожнее с русалками, а то ведь как разойдутся в свой праздник - сладу с ними никакого нет. Выходит, этот день совсем скоро…
Плохо соображая, что делает, Гарри вскочил с кровати и полез в сундук. Покопавшись там с минуту, он вытащил плащ-невидимку, и, накидывая на ходу, направился к выходу из спальни. Учебный год закончился, и никто не снял бы с него баллы за нарушение порядка, но и в библиотеку в такое время не пустили бы. А рисковать Гарри не хотел. Ему во что бы то ни стало, нужно было попасть туда именно сейчас.
На мгновение Гарри застыл перед гриффиндорской гостиной: отложить до утра? Нет, он не сможет спокойно уснуть, пока не узнает ответы на мучающие его вопросы. Он не может потерять Снейпа!
Темные, пропахшие сыростью и плесенью, коридоры были темны и мрачны. Ничто не напоминало о том, что какую-то неделю назад их наполняли жизнь, блуждающие огоньки и поцелуи украдкой… В неверном свете факелов тени, отбрасываемые рамами картин, то удлинялись, то укорачивались, создавая иллюзию, что картины подпрыгивают и раскачиваются на своих креплениях. Юноше, крадущемуся по каменному проходу, стало не по себе, и он ускорил шаг.
Наконец, так никого и не встретив по пути, Гарри достиг цели путешествия.
"Алохомора", - прошептал он, и вошел в библиотеку.
В темноте столы и книжные стеллажи с прямоугольниками тусклого света, льющегося на них через окна, смотрелись необычно и совсем незнакомо. Как будто это был другой, таинственный мир. Возможно, в иных обстоятельствах Гарри как следует огляделся бы и насладился этой картиной, однако сейчас его мысли занимало только одно: русалки. Вернее, один конкретный русал - Северус Снейп.
Закрыв дверь и приставив к ней стул, чтобы в случае появления неожиданных посетителей узнать об этом сразу, Гарри пробормотал "Люмос" и направился к стеллажам, до самого потолка заставленных толстыми фолиантами и свитками пергаментов.
Через четверть часа, отчаянно чихая от пыли, покрывавшей большую часть книг, гриффиндорец лихорадочно перелистывал страницы энциклопедии в поисках нужной.
Где же? А, вот, нашел.
"Сердце русалок холодно, как и их кровь. Они не ведают жалости и сострадания. Известный исследователь 18 века Р.Фишер так объяснял эту особенность…" - так, это можно пропустить… дальше, дальше… Вот! "Русалки крайне редко испытывают сердечную привязанность, но если влюбляются, то однажды и на всю жизнь. Это роднит их с другими магическими существами, имеющими много человеческого в себе, например, с оборотнями, также являющихся однолюбами. Следует отметить, что любовь делает русалок очень уязвимыми. Большинство известных в истории случаев закончилось их гибелью. Причина такой уязвимости заключается в том, что любовь должна быть взаимной. Объект сердечных чувств русалки должен признаться ему в любви. Если этого не происходит, то в день священного русалочьего праздника (Иван Купала, отмечается 7 июля) с первым лучом солнца русалка погибает, превращаясь в морскую пену. Известны также случаи, когда объект нежных чувств произносил слова любви, но это не спасало русалок от смерти. Данный феномен объясняется тем, что возлюбленные детей моря не были искренни в своих чувствах и говорили о любви, поддавшись порыву жалости и сострадания…".
Гарри захлопнул книгу. Дальше можно было не читать. Он лихорадочно пытался вспомнить число, но за последние тягуче-однообразные дни совершенно потерял чувство времени. Но даже так юноша понимал, что времени практически нет. Мозаика сложилась, увольнение профессора и его "прощай" встали на места. Молясь Мерлину, почившему Вольдеморту и всем святым и нечисти только о том, чтобы сегодня было не седьмое июля, Гарри рванул к столику, за которым обычно сидела мадам Пинс - там совершенно точно должен был быть календарь: библиотекарша всегда отмечала дату выдач книг и внимательно следила, чтобы студенты сдавали их вовремя.
Календарь обнаружился на специальной стойке для выдаваемых книг, возвышавшейся над рабочей поверхностью стола. С бешено бьющимся сердцем, Гарри несколько раз внимательно изучил его. Сомнений не оставалось. Надежды почти тоже. Примерно два часа назад, в полночь, пока Гарри метался на постели, не в силах уснуть, закончилось шестое июля… Через несколько часов от Снейпа останется только морская пена, покачивающаяся на безмятежных волнах. Хотя откуда волны в подземелье?
Воздух в груди неожиданно закончился, дышать стало нечем. Плюнув на конспирацию, Гарри скинул плащ-невидимку и, подойдя к окну, распахнул его. В помещение ворвался еще теплый, но уже не удушающий летний воздух. Юноша вдохнул глубже. Выходит, Снейп его любит, и попрощался, потому что знал, что погибнет сегодня с первым лучом солнца…
"С чего ты взял? - тут же подумал Поттер. - Может это всего лишь совпадение. Профессора действительно пригласили в лабораторию. В конце концов, он всегда был отвратительным преподавателем. Ну а раз он уезжает, то и попрощался". Гарри одновременно и верил, и не верил, что Снейп, этот холодный и бесстрастный ублюдок, мог кого-то полюбить.
Он меня любит? Не может быть!
И как только он почти убедил себя в этом, снова появилось сомнение: а почему бы и нет? "Неужели ты действительно считаешь, что он так просто пускает всех подряд в свою постель? Даже если пьян?" - эта мысль наконец-то перевесила все доводы "против".
Гарри облокотился о подоконник и стер ладонью липкий пот, выступивший на лбу. Что делать? Он станет причиной гибели Снейпа. Из этой ситуации только одни выход - признаться ему в любви. Но это подействует только в том случае, если Гарри действительно любит его. Он сжал виски руками: любит ли он Снейпа настолько, чтобы спасти его, или это банальная похоть, юношеские гормоны?
Итак, еще одна потеря. Господи, сколько можно! Сколько раз Гарри сталкивался со смертью? Родители, Седрик, Сириус, родные его друзей и знакомых. Сколько же можно?! Через несколько часов не станет еще одного человека, ставшего таким близким, таким родным, таким… любимым? От этой мысли стало так плохо, что Гарри застонал и повалился грудью на подоконник. К горлу подступала тошнота. Как он сможет без Северуса? Как он будет жить без его сарказма и колкостей, без этих невыразимо глубоких глаз, которые в ту ночь смотрели на него с такой нежностью, без этих рук, в кольце которых чувствуешь себя так уютно и защищенно?...
Гарри всхлипнул. Звук собственного голоса, раздавшийся в темноте, немного отрезвил его. Какого черта он распускает сопли? Время еще есть.
Выскочив из библиотеки, по пути споткнувшись о стул, заботливо им же выставленный перед дверью, чем наделал немало шума, Гарри побежал в подземелья, не волнуясь о конспирации. В ночной тишине звук шагов гулко разносился под сводами. Полусонные обитатели картин недоуменно смотрели вслед юноше, бегущему по коридорам среди ночи.
Кровь пульсировала в висках, отсчитывая утекающие минуты, мгновения, ставшие вдруг такими бесценными. Добравшись до комнат Снейпа, Гарри принялся изо всей силы колотить в дверь, не волнуясь, что кто-нибудь может услышать шум и прибежать. За дверью царила тишина.
- Северус, открой, это важно! Я не уйду, пока ты не откроешь, - сбив руки в кровь, он начал пинать дверь ногами. Потом схватил ручку, с силой дернул ее на себя и в следующий миг оказался на полу - дверь легко открылась.
Поднявшись, Гарри вошел внутрь - никого. Он пробежал по всем комнатам. Снейпа нигде не было. Везде царил идеальный порядок, индивидуальность хозяина совершенно не ощущалась - ни одной личной вещи. Комнаты, скорее, были похожи на гостиничные номера, готовые к приему новых посетителей. Поттер сполз на пол, подавляя рвущиеся из горла рыдания. Неужели он опоздал?
***
Когда смотришь на ночное небо, высоко запрокинув голову, кажется, что вселенная стремительно приближается к тебе. А может, это ты падаешь в небо. Темный бархат затягивает в свои бездонные глубины, и вот ты уже находишься в центре всеобъемлющего пространства. Ты - песчинка, и ты же - центр мироздания, ее основа и суть. Ты - никто. Ты - все. Густота мирового пространства растворяет тебя, уподобляя себе, и ты ощущаешь себя сгустком атомов, молекул, подчиняющихся законам этого странного непостижимого организма. Звезды кажутся такими близкими, но только протяни к ним руку - и они, льдинисто зазвенев, отбросят тебя обратно: как ты мог, смертный, даже подумать, что можешь прикоснуться к прекрасному?! И ты сам себе начинаешь казаться крохотным и незначительным… звездной пылинкой.
***
Через пару минут Гарри удалось взять себя в руки. Итак, время еще есть. Вопрос в том, где сейчас находится Северус. Может, он у Дамблдора? Очевидно, что если не там, то директор должен все знать, в том числе, где профессор может быть.
Гарри помчался обратно по невыносимо длинным коридорам, прыгая на лестницах сразу через две ступеньки. Остановившись перед горгульей, охранявшей вход в директорский кабинет, он с трудом отдышался. Только теперь ему пришло в голову, что он не знает пароля. Сейчас Поттер обрадовался бы даже Филчу, кому угодно - лишь бы этот кто-то помог ему пройти к директору, но в коридорах по прежнему безмолвствовала тишина и не было ни души.
- Сахарные перья, тараканьи гроздья, лимонные леденцы, - перебирал он весь ассортимент Сладкого Королевства, но дверь не открывалась.
Когда фантазия истощилась, Гарри, подергал дверь, в глубине души надеясь, что она откроется так же, как и дверь в подземелья Снейпа. Не добившись желаемого результата, гриффиндорец начал в бессильной ярости пинать ее. Через несколько минут дверь распахнулась.
- Гарри? - Альбус Дамблдор был немного удивлен, впрочем, тут же на его лице появилось понимание.
- Профессор Дамблдор, это очень важно, - сбивчиво начал Поттер, но директор перебил его.
- Ты, наверное, хочешь узнать, где сейчас профессор Снейп?
Гарри был настолько изумлен, что даже не смог ответить, просто кивнул головой.
- Мальчик мой, - Дамблдор потрепал гриффиндорца по плечу, - если ты не уверен до конца, лучше не делай этого. Позволь ему остаться одному. Так для вас обоих будет лучше.
- Я… - в горле пересохло. Откашлявшись, Гарри твердо произнес: - Я уверен.
- Ну что ж… Думаю, он хочет встретить последний рассвет в родной стихии. Вероятнее всего, профессор Снейп отправился к озеру.
Крохотный огонек надежды подарил Гарри второе дыхание. Он выбежал из школы, отгоняя мысль о том, что будет, если он не найдет Снейпа около озера.
Юноша бежал, задыхаясь. Ему казалось, что небо над горизонтом уже стало светлеть. Несколько раз колени подгибались, и он падал в песок, из последних сил пытаясь подавить отчаяние. Колени и локти, расцарапанные жесткими песчинками и мелкими камнями, кровоточили. С каждым шагом отчаяние овладевало им все сильнее.
Но нет, не сдаваться! Пока еще есть время, нельзя терять его на бесполезные истерики. И снова подъем, и снова бежать, идти, ползти вдоль берега.
Вдруг сердце замерло на мгновение, а затем забилось еще сильнее, норовя вырваться из груди. На большом валуне, выступающим из воды в нескольких шагах от берега, темнел силуэт человека. Обхватив ноги руками и положив подбородок на колени, он сидел так неподвижно, что казался продолжением камня.
- Северус! - хотел крикнуть Гарри, но из горла вырвался только хрип. - Северус!
Силуэт вздрогнул. Человек поднял голову и повернулся.
- Северус, я люблю тебя! - звук вышел тихим, почти шепот. Юноша бежал из последних сил, спотыкаясь и увязая в песке. Он бежал по воде к валуну, не обращая внимания на то, что ботинки, и одежда промокнут.
- Я люблю тебя, Северус, - повторил он, обхватив ноги профессора, и прижавшись лбом к его коленям. - Я люблю тебя, только не уходи! Я не могу без тебя…
***
Первый луч солнца вызолотил верхушку Запретного леса, нежно прильнул сверкающими бликами к поверхности озера и застенчиво взглянул на двух человек, сидевших на зеленоватом от мха и налипших водорослей валуне. Темноволосый юноша пошевелился и, прикрыв рот рукавом мантии, несколько раз чихнул.
- Поттер, я тебе говорил, чтобы ты отправлялся в замок, вместо того, чтобы сидеть всю ночь на холодном камне, - недовольно произнес второй мужчина, раздраженно передернув плечами.
- Но мне не холодно! - запротестовал юноша.
- Ты только что наглядно продемонстрировал, насколько тебе "не холодно", гриффиндорский упрямец! Теперь вставай, и немедленно отправляйся к мадам Помфри за перечным зельем.
- Но…
- Никаких но. Поттер, если ты сейчас же не встанешь сам, я спихну тебя в озеро.
- Садист.
- Упрямец.
- Тиран.
- Глупец.
- Бессердечный.
- Безмозглый.
- Тебе надо, чтобы последнее слово осталось за тобой, да?
- Поттер, я предупреждал…
- Ладно, ладно, не надо, я уже встаю.
А я - глубинный мел в моей душе,
Былых стрекоз и рыб, и птиц клише.
Рукой веселой камни разгребя,
На белом мне прочти: любил тебя…
| Мини-фики | Большие фики | Фики для взрослых | Снарри-фест`2004 - 1 | Снарри-фест`2004 - 2 |
| На главную страницу | Новости | Галерея | Статьи | Обзоры | Для переводчиков | Ссылки | Гостевая | Форум |